Куколка последней надежды

Всю неделю, пока вы демонстрируете Кортесу свои ослепительно синие глаза, вы думаете только о том, как будет хорошо, когда…

— Как будет хорошо, когда шприц вонзится в вашу вену.

Яна попыталась вскочить, но рука комиссара грубо вернула ее в кресло. В случае необходимости воспитанный и обаятельный Сантьяга умел быть и жестким и жестоким.

Можно было бы устроить драку. Способности Яны позволяли если не победить, то, по крайней мере, попытаться победить комиссара. Но зачем?

— Да, — еле слышно ответила девушка.

Яна огляделась, попыталась дотянуться до сумочки, но Сантьяга протянул ей свой шелковый платок, поднялся и вновь прошелся по кабинету.

— Возникает вопрос: сколько вы будете мучиться? Год? Два года? Месяц? Постепенно в вас будет накапливаться обида и злость по отношению к Кортесу.

— Вы страдаете, вы идете на жертвы, а он? — Сантьяга остановился. — Вы убьете свои чувства, Яна.

Девушка хотела что-то сказать, но только вздохнула.

— И что же мне делать?

— В первую очередь я отвечу, чего вам не надо делать, — комиссар вновь вернулся к предельно мягкому тону: — Не надо делать глупостей.

— Вы с ним разговаривали? — удивленно спросила Яна.

— Я достаточно хорошо его знаю, — улыбнулся нав. — Куда больше вас должно беспокоить не то, что у вас золотые глаза и бритая голова, а те изменения, которые произошли внутри вас. Вы перешагнули через очень высокий порог, вышли в принципиально другой уровень, а Кортес остался прежним.

— Но ничего не изменилось, — после паузы произнесла девушка. — Я по-прежнему в его команде.

— Не будем зарывать головы в песок, Яна. Даже отвергнув учение Азаг-Тота, вы сохранили колоссальные возможности, и мне кажется, что ваша попытка скрыть золотые глаза — это лишь внешнее проявление беспокойства. Вы боитесь не золотых глаз, Яна, вы боитесь признаться себе, что бесповоротно изменились, и боитесь, что Кортес не воспримет ваше изменение.

— Он вожак вашей команды.

— И, несмотря на то, что со мной произошло, я не достигла его уровня, — громко и отчетливо проговорила девушка. — И никогда не достигну. Быть вожаком — не значит быть самым сильным и быстрым.

— Это так, — улыбнулся комиссар.

— Тогда к чему наш разговор?

— Вы могли бы построить свое будущее по-другому, исходя из изменившейся ситуации.

— Я уже сделала выбор.

Нав чуть склонил голову:

— Прекрасно.