Куколка последней надежды

А Зеленый Дом пытается уговорить меня продать лицензию на их производство. Люды хотят гнать их под маркой «Сын Журавля».

— А то, что в этом году абсолютного чемпиона не будет. Это помешает бизнесу.

— Муба возьмет Молот Трех Драконов.

— Господа, делайте ваши ставки, — закончивший с раздачей выигрышей крупье вернулся к своим обязанностям.

— Ладно, Артем, надоест просаживать наличные — поднимайся в бар. Я буду здесь еще пару часов и с удовольствием опрокину с тобой пару стаканчиков.

Шас, напевающий себе под нос невнятную песенку, удалился, крупье еще раз напомнил, что надо бы активнее избавляться от денег, и молодой наемник задумчиво почесал в затылке.

Горка фишек, ласкающая взгляд в начале вечера, съежилась до размеров небольшой кучки и грозила исчезнуть совсем, оставив после себя лишь саркастическую ухмылку Биджара. Но других планов на вечер у Артема не было, а потому он выбрал четыре одинаковых кружочка по сотне каждый и рассеянно посмотрел на поле.

— Поставь на тринадцать, — предложил незнакомый женский голос из-за спины.

— Он выиграет? — не оборачиваясь, поинтересовался наемник.

Приятный голос, глубокий и очень музыкальный. Такой обычно бывает у колоссального размера оперных див. В качестве компенсации за внешний вид.

— Я не люблю несчастливые числа, — сообщил наемник, вертя в руках кружочки. Он решил, что оборачиваться пока не стоит.

— Ставки приняты… — начал крупье.

— Хорошо, проверим. — Артем двинул фишки к нужному квадрату.

— Ставок больше нет!

Рулетка пустилась в очередной забег.

— Магия чисел завораживает? — осведомилась незнакомка.

— Это всего лишь игра.

— Обычно я полагаюсь на расчет.

— А я верю в некоторые приметы.

— Любая примета — результат статистики.

— Тогда почему ты не любишь несчастливые числа?

— Трудно избавиться от правил, заложенных до того, как я попал в Тайный Город, — признался Артем. — Тринадцать — несчастливое число, черная кошка через дорогу — к неприятностям, бутерброд всегда падает маслом вниз.

— Теперь ты в них не веришь?

— Теперь я знаю, что тринадцать — это просто число, а бутерброд можно перевернуть в полете.

— Им я все равно не доверяю.

— Тридцать пять, черное, нечетное.

Крупье безмятежно сгреб фишки, не забыв с улыбкой посмотреть на наемника. У Артема осталось всего две фишки по пятьсот каждая.

— Будешь разменивать? — поинтересовалась женщина.

— Зачем? Одна последняя ставка.

— Любишь рубить сплеча?

— Я и так задержался.

— Играешь строго по времени? Ты казался более азартным.