Купи меня дорого (СИ)

Да что такое?

Вопросительно смотрю на него, и, вздыхая, врач наконец произносит то, что так боялся сказать.

— Операция будет стоить примерно триста тысяч евро.

В затупе смотрю на него, пытаясь пересчитать на рубли. Какой сейчас вообще курс? Я как-то не особо связывалась с валютой. Не приходилось, видите ли.

— Эмм… Это… — бормочу я, возведя глаза к потолку. Так, от восьмидесяти пяти до девяноста умножаем на триста. Или лучше… Нет, возьму одну цифру. Ах, черт.

— Это почти двадцать семь миллионов рублей, — ровно произносит врач, прервав мои попытки, и быстро что-то пишет на бумаге, пока я пытаюсь осмыслить услышанное.

— Вот телефон, звоните напрямую мне. Если сумму удастся собрать в ближайшие две недели, то риски будут минимальны. Но чем больше мы тянем, тем ближе приближаемся к той черте, когда опухоль может стать неоперабельной.

Он говорил что-то еще, но я уже не слушала. Перед глазами встало лицо бабушки.

Почти двадцать семь миллионов рублей. Черт.

В маршрутке ехала, уставившись невидящим взглядом в окно.

Не могла понять свои ощущения. Ни страха умереть, ни страха мучиться от болей у меня не было. Только одно стучало в голове железным молотком, разрывая виски.

— Ты сегодня поздно, — бабушка вышла ко мне навстречу, шаркая пушистыми тапками по полу.

— Допзанятия были, — целую ее в морщинистую сухую щеку и двигаю на кухню, чтобы отнести продукты.

Карточка с бабушкиной пенсией была у меня, потому что она почти не выходила на улицу после инсульта, хоть врачи и советовали больше проводить времени на свежем воздухе.

Да только где? Из подъезда только выйди — сразу загазованное шоссе через лужайку. Вряд ли ей станет тут лучше.

Я все мечтала свозить ее на море в далеком будущем, а теперь даже не знаю.

У меня даже работы нет. Кроме жалкой стипендии я ничего не имею. И даже если я сейчас устроюсь на работу, это мне не поможет.

— Опять ничего не ела, ба! — я осматриваю содержимое полок, приподнимаю крышки кастрюлек.

Борщ нетронутый, голубцов столько же, сколько я и варила вчера.

— Да аппетита не было. Не бухти, сейчас с тобой поем. А ты чего такая грязная, как из помойки? Ужас, юбка вся в разводах…

— Велик поломался по дороге, а утром еще дождь был, шлепнулась в лужу. — Ложь из моих уст вылетала слишком просто, и меня это угнетало.

— Чем завтра займемся? — спросила бабушка. — Выходные начинаются. Сыграем в лото?

— Сыграем, — согласилась я. — Предлагаю в парк выбраться.

Бабушка скривила лицо, но кивнула.