Курица в полете

Попрошу пристанища у Елизаветы Петровны, она предлагала пожить у нее, пока ремонт… Там он уж точно меня не найдет!

Утром она отнесла все наготовленное Алле Сергеевне, сердечно с нею простилась и сказала, что возвращается в город.

— Извините за нескромность, Эллочка, а если вас будут искать?

— Пусть звонят на мобильный, в чем проблема.

— Но почему так внезапно?

Она позвонила Любе, предупредила, что съезжает. Потом позвонила Елизавете Петровне. Та с радостью сказала, что безусловно приютит младшую подругу. Она сразу поняла — у Эллы какая-то неудача на любовном фронте.

И вечером, когда они пили чай с лимонным пирогом, который Элла испекла на скорую руку, деликатно подвела гостью к разговору на так волнующую обеих тему, и Элла все ей рассказала.

— Насколько я понимаю, тут речь идет об испытании.

— О каком еще испытании? — фыркнула Элла.

— Он, на мой взгляд, испытывает себя и вас.

Пробует, каково ему будет без вас теперь, как вы поведете себя… Со стратегической точки зрения вам лучше было бы никуда не срываться с дачи, а жить там, как будто ничего не случилось.

— Легко сказать, — вздохнула Элла.

— Я понимаю, но он может решить, будто вы хотите его таким образом наказать. Мужчины не любят чувствовать себя виноватыми…

— А мне плевать, как он там себя чувствует!

С высокого дерева! Почему я должна об этом заботиться? Он же не заботится о моем самочувствии.

А каково мне? Он меня использовал и пропал… Даже позвонить не удосужился! Нет, хватит с меня, пусть катится к черту со своими испытаниями.

Я ему что, скорая сексуальная помощь?

— Но ведь вам было хорошо с ним?

— Ну и что? Зато теперь мне плохо! Права Любка, мы с ним не пара!

— Элла, я уверена, что все у вас сложится… Просто он такая вольная натура…

— Я его закабалять не собираюсь!

— Вот это правильно! И надо как-то ненавязчиво дать ему это не столько даже понять, сколько почувствовать.

— Да я, может, никогда его больше и не увижу, козла проклятого!

Они долго переливали из пустого в порожнее.

А еще через несколько дней Элла вернулась в свою квартиру.

Боже мой, какое счастье, думала она, бродя по обновленным владениям. Эта ванная в бежево-золотистых тонах, эта кухня, ставшая вдвое просторнее с новой мебелью! Все сверкает, так и хочется погладить бледно-зеленый кухонный шкафчик. Конечно, тут работы непочатый край — разобрать вещи, посуду, книги, сваленные в ящики и мешки. И многое надо еще купить, а то через три дня начинаются съемки нового блока.

И она с остервенением взялась за дело.