Подойдя ближе, вновь обвивает мой торс руками, целует щеку, линию челюсти, перемещаясь ко рту.
– Такой хороший мальчик, – шепчет она. – Столько энергии. Такой сильный. – Ее ладони скользят по моему телу, поцелуи становятся более медленными и влажными. – Такой выносливый и мускулистый. Такой могучий. – Протянув руку мне между ног, мать начинает массировать мой член. – Такой хороший, большой мальчик.
Я сжимаю волосы на ее затылке. Она стонет, когда мои пальцы впиваются в кожу ее головы, а я смотрю на свое отражение в стеклянной двери душевой.
Сука.
Шлюха.
Годная только для того, чтобы трахаться.
– Мне звонила мать Рэйчел Кенсингтон, – говорит она, облизывая, целуя и часто дыша в мою шею. – Сказала, что застала тебя и свою дочь вчера полуголыми на диване.
Второй рукой я сжимаю ее талию через шелк. Не моргая, смотрю на себя и позволяю диким эмоциям захлестнуть меня.
Злость."
"Стыд.
Страх.
Жестокость.
Боль.
Печаль.
Беспомощность.
Они кружат внутри, перемешиваются до тех пор, пока я не теряю способность отличить одну от другой.
И в отражении вижу уже не свое лицо. Все мысли покидают мозг, он отключается, моя рука перестает дрожать. Я – всего лишь тело.
Это я.
Такой, какой есть.
– Она рада, что ничего серьезного не случилось, – продолжает мать.
Кто такая Рэйчел?
– О, милый, – воркует она. – Я понимаю. Мальчики есть мальчики. Она дразнила тебя, да? И не дала.
Мои пальцы сильнее впиваются в ее голову и талию.
– Ш-ш-ш, – произносит мать, пытаясь высвободиться из моей хватки.
– Маленькие девочки не понимают, что нужно мальчикам. Все в порядке. Я здесь. – Ее губы скользят по моей челюсти. Она стонет и старается ослабить натяжение там, где я сжимаю ее волосы. – Можешь представить, будто я – это она. – Мой член наливается горячей кровью, твердеет. – Покажи, что ты собирался сделать с ней. Покажи мне, как ты хотел трахнуть эту глупую девчонку.
Нет, нет, нет…
– Покажи мне, – настаивает мать.
– Трахни меня.
Нет…
– Возьми свое, – рычит она. – Дай этой девочке все, что она заслужила.
К моим глазам подкатывают слезы. Я втягиваю воздух, спрыгиваю, разворачиваюсь, хватаю ее за шею сзади и наклоняю над стойкой. Она раздвигает ноги и поднимает свою сорочку, прикусывая нижнюю губу.
– Вот так, мой мальчик.
Удерживая ее перед зеркалом, я смотрю на мать, в то время как она с вызовом смотрит на меня и шепчет:
– Сделай это, малыш. Кончи в меня.
