Я знал, какие у нее возникли подозрения, но все было гораздо сложнее, чем Уинтер себе представляла. Не всем нужна помощь, чтобы перестать заниматься самовредительством. Некоторые из нас просто меняли один защитный механизм на другой.
Она не встречалась со мной два года, потому что Дэймон старался держаться подальше. А потом уехал в колледж.
– Очень давно кое-кто подсказал мне, что одна боль унимает другую, – пояснил я. – Поэтому я с детства резал, колол, царапал, жег себя, лишь бы не чувствовать остальной боли. И позже осознал – обижать других людей даже приятней.
– Но не меня? – Тон Уинтер прозвучал игриво.
Если бы она только знала. Это не шутка.
Я все равно ухмыльнулся.
– Определенный ущерб я тебе нанес.
Девушка просто пока была не в курсе какой.
– Не заставляй меня отвечать на вопросы, – сказал я. – Тебе не понравятся ответы.
– Но они мне нужны. – Она повернулась ко мне лицом.
– Знаю.
Да, я прекрасно осознавал, что к этому придет. После секса Уинтер не захочет расставаться со мной.
Откровенно говоря, я тоже не хотел с ней расставаться.
Мне просто нужно, чтобы она меня выслушала. Выслушала и не могла сбежать. Чтобы поблизости не было никого, кто вмешался бы раньше, чем девушке удастся осмыслить мое признание.
Если я хотел сохранить наши отношения – это мой единственный шанс.
Приподняв ее подбородок, я посмотрел на нее сверху вниз.
– У моей семьи есть коттедж в Мэне. Там невероятно красиво, уже выпал снег. Один звонок, и он будет полностью подготовлен для нас. Одевайся, мы выедем сейчас.
– Что?
– Когда доберемся туда, я все тебе расскажу. Всего на несколько дней, затем привезу тебя обратно домой.
Уинтер подняла голову с озадаченным выражением.
– Собираешься увезти меня неизвестно куда, откуда я не смогу убежать?
– Я постараюсь сделать так, чтобы ты не захотела убегать, – поддразнил я, притянув ее к себе и накрыв ее щеки ладонями. – Обещаю.
Она невероятно разозлится, но больше никаким другим способом я не смогу помочь девушке вникнуть в сложившуюся ситуацию и оставить ее позади.
Не смогу убедить, что с ней я был настоящим.
– Коттедж? – задумчиво повторила Уинтер. – Вроде горнолыжного курорта? Мне ведь не придется кататься на лыжах, да?
– Мы не будем кататься на гребаных лыжах. – Я поцеловал ее, покусывая и дразня. – Будем есть, пить и трахаться, может быть, немного поссоримся, однако из дома не выйдем.
Мой телефон пискнул, но я не обратил на него внимания.
Уинтер оседлала меня, пока я продолжал целовать и кусать, заманивая ее.
