Лайтларк

– Тогда зачем ты пришел? – прошептала она едва слышно.

Грим сделал шаг ближе. Взял руку Айслы с такой дерзостью, что она едва ее не отдернула.

– Чтобы потанцевать с тобой, конечно же.

Не успела она произнести и слова, как он закружил ее в танце. Подол платья, шурша листвой, заскользил по мраморному полу. Рука сумрачного, холодная, как ночь, лежала у основания ее позвоночника, вторая обхватывала пальцы.

На его лице сияла дьявольская улыбка. Айсла сглотнула: он прекрасно чувствовал, какие эмоции она испытала, обнимая широкое плечо и заглядывая ему в глаза.

Испугался ли он? Все люди в шести царствах жили в страхе, что их полюбит дикая. Ибо любовь для них – это смертный приговор.

Но Айсла не любила… она едва его знала.

Но разве он не должен бояться ее чувств?

Айсла прижалась ближе, читая его реакцию и удивляясь собственной смелости. А Грим лишь мрачно улыбался. Его рука медленно гладила спину – то вниз, то снова вверх.

– Сердцеедка, – прошептал он ей на ухо. – Ты меня убиваешь.

Айсла прикусила губу, а он сглотнул, наблюдая за ней.

Мгновение спустя вошла толпа дворян. Они громко обсуждали сплетни, но Айсла не обращала на них внимания. Грим стоял рядом, словно тень, видимый… но одновременно нереальный. Ее тело выглядело так же.

От этих разговоров ей стало тошно. Придворные ставили на кон чужие жизни. Смотрели на нее так, словно она заслуживала смерти просто за то, что родилась.

– Пойдем, – прошептала она.

– Ненадолго. Сейчас я хочу оказаться в другом месте.

Грим хитро усмехнулся. И обхватил рукой ее талию.

– Тогда позволь мне унести тебя, Сердцеедка.

Он упал назад и увлек ее за собой на этаж ниже.

Прежде чем она успела закричать, Грим закрыл ей рот рукой – и через мгновение Айсла оказалась в его объятиях. Все было как в тумане: мрамор, потолочные светильники, ткань ее платья. Все это смешалось, создав собственную галактику.

А потом она оказалась на земле.

Айсла смотрела на него так, словно хотела выпотрошить за этот прыжок, а он только смеялся. Дворяне сгрудились наверху, как волки, и не обращали на них никакого внимания. Она перестала быть тенью. Грим тоже обрел цвет и форму. Он взял ее за руку, а потом сказал:

– Ночь – недоброе время, Сердцеедка… можно нарваться на неприятности.

– Куда мы идем? – спросила Айсла, но в ответ получила лишь ухмылку.