Лайтларк

 – Пожалуйста!

Грим прижал ее к себе, и она вцепилась в его руки пальцами, впилась в его плечо зубами, чтобы не издавать больше звуков, когда он приподнял ее выше и его рука наконец коснулась ее ровно там, где нужно. Сначала поверх ткани. Затем под ней. Айсла застонала, когда мозолистые пальцы надавили на нежную плоть – и тут же начали медленно, размеренно блуждать.

Еще. И Айсла ахнула Гриму в губы, когда он стал исследовать ее глубже. Все глубже. Все затмила ослепляющая нужда, и Грим выругался, когда Айсла под его рукой принялась двигаться.

– Давай, вот так, – голос был едва ли громче рычания, вкрадчивый и напряженный, словно Грим наслаждался происходящим не меньше самой Айслы.

Прежде чем она успела подумать, что же сделать дальше, он запрокинул ей голову и произнес:

– Смотри на меня, сердце. Я хочу видеть, как ты кончаешь.

Айсла вонзила ногти ему в шею. Они с Гримом соприкоснулись лбами, и дикая ощутила себя невероятно живой, даже более обнаженной, чем когда он наблюдал, как ее переполняют бесконечные ощущения.

И что-то в этом всем было таким привычным, как погружение в сон, как пение под дождем, как дыхание. Словно она все это проделывала в грезах тысячу раз.

Айсла не спала. Она проводила в библиотеке дни и ночи, что утекали столь же легко, как барабанящий по сотням окон Зеркального дворца дождь во время бури, которая заперла ее и Грима в этой стеклянной коробке на долгие часы.

Перелистывая страницы, Айсла по-прежнему ощущала прикосновение его рук на коже, поцелуй в плечо. Они тогда не исполнили всех ее желаний, и отчасти Айсла даже испытала облегчение, когда вместо того, чтобы сорвать с нее остатки одежды, Грим сел на пол и устроил дикую у себя на коленях. Что вместо этого они смотрели на дождь. Айсла упиралась затылком Гриму в грудь, а он уткнулся подбородком в ее макушку там, где должна покоиться корона. Прежде чем разойтись, Айсла заставила его пообещать, что он найдет Азула, где бы тот ни прятался.

Оро наблюдал за Айслой так, словно чуял все места, где к ней прикасался Грим. Наверняка он заметил ее подернутый поволокой взгляд. Но король не сказал ни слова. Отчасти Айсле не хотелось, чтобы Оро знал. Чтобы он подозревал.

Она впилась ногтями в ладонь, заставляя себя сосредоточиться. Сейчас было как никогда важно разрушить проклятия и победить.