Мое лицо горело от стыда так, что я машинально закрыла его ладонями, кусая губы до боли, чтобы не дать себе разреветься.
«Я дура! Конченая дура, которая все испортила».
— Ты знаешь, не собираюсь сейчас красиво рассказывать, что к чему. Я сам не знаю, — Егор глубоко вдохнул и шумно выдохнул ночной августовский воздух. — Люблю и все. Мне плевать на поводы или причины. У меня их нет. Я тебя люблю просто так.
Его пальцы обхватили мои запястья, оттаскивая ладони от моего лица, переместив их к себе на плечи. Я все ещё сидела, крепко сжав губы и зажмурив свои глаза.
Мне бы произнести то, что он, наверное, хочет услышать в ответ, но я продолжала молчать. Мое горло будто бы связали металлическими нитями: тяжело было просто дышать, не говоря уже о том, чтобы подать голос.
Егор легко усадил меня к себе на колени, расположив мои ноги по обе стороны своих бедер, а его руки медленно прошлись по моему телу вверх. Он аккуратно убрал резинку с волос, расправив мои светлые локоны по плечам.
— Глаза открой, — произнёс он, запуская мне в волосы пальцы, поглаживая затылок.
Распахнув глаза, я тут же замерла, оказавшись под пристальным, потемневшим от эмоций, взглядом. Соприкоснувшись со мной лбом, он погладил кончиком носа мой нос.
— Я тебя люблю. Люблю. Люблю. Люблю, — с каждым произнесенным словом он прижимал к себе еще сильнее, а дыхание было так близко, что я могла ощущать горячий аромат коньяка. — И буду повторять это столько раз, пока ты не выкинешь из своей головы вопрос: «за что?». Ни за что.
Запомни это раз и навсегда.
Его губы с терпким привкусом алкоголя нашли мои, пытаясь начать поцелуй. Но невозможно было целоваться и шептать одновременно. Они лишь едва соприкасались с моими в беспорядочном движении, постоянно повторяя одно и то же. Каждое его «люблю» отдавалось таким острым ударом в груди, что у меня перехватывало дыхание, и до одури кружилась голова.
— Егор, я… — мой голос дрожал, а пальцы беспорядочно перебирали его мягкие пряди волос.
— Не надо, Кир. Я и без слов это знаю.
"
"Легко подхватив меня на руки, он, не прекращая поцелуй, направился к дому. Я даже не сообразила, как быстро оказались в его комнате. Только тогда он опустил мои ноги на пол. Мы стояли в зыбкой темноте комнаты друг напротив друга, в такой идеальной тишине, что наше с ним тихое неровное дыхание оглушающе разносилось по комнате.
Поцелуи, пропитанные букетом коньяка, дарили не только разливающиеся тепло по венам, но и обжигающий вкус алкоголя.
