К тому же Феню и Капу приходится вытаскивать на поводках, глупые мопсята начинают вертеться в лифте, покусывать друг друга, и на первый этаж я выпадаю стреноженная тонкими ремешками, потная и охрипшая от криков: «Перестаньте носиться по кабине». До сегодняшнего дня мне казалось, что ничего обременительней, чем поездка с Феней и Капой в замкнутом пространстве, нет. Но как я ошибалась! Лишь тот, кто когда-нибудь пытался сначала обуть собак, а потом застегнуть на них ботинки, поймет меня.
Впрочем, Муля и Ада спокойно влезли в боты.
Они, правда, потом не захотели двигаться, но я попросту вынесла мопсих на лестницу и поставила там со словами:
– Ждите остальных.
Рамик и не заметил обутых лап, я уже говорила, что он пофигист. А вот Рейчел принялась тихо рычать. Я погрозила ей газетой и сердито сказала:
– Давай без хамства.
Стаффордшириха замолкла, но было видно, что ботинки вызывают у нее крайнюю досаду.
Рамик, очень осторожно перебирая ногами, вышел на лестницу, Рейчел же я с огромным трудом вытолкала наружу, вернее, вывезла, потому что сия противная особа растопырила лапы и изобразила оцепенение.
Пришлось упереться руками в ее филейную часть и толкать стаффордшириху к порогу. Рейчел покатилась словно на лыжах, подметки ботиночек свободно скользили по линолеуму. Я обрадовалась столь легкой победе, во всяком случае, передвигать сервант с места на место было намного труднее.
Пока я возилась со взрослыми собаками, Верушка ухитрилась обрядить Феню и отправить егозливое существо к лифту, оставалось привести в надлежащий вид Капу.
Я села перед мопсенком.
– Капуся, дай ножку!
Собачка глянула на меня и тихо сообщила:
– Гав.
– Вот и молодец, сейчас мама тебя оденет.
– Гав.
– Умничка.
– Гав.
– Ай молодец!
– Гав.
Я быстро поднялась. Ну надо же! Кто бы мог подумать, что самая непослушная и вертлявая часть стаи покорно, безо всякого сопротивления даст зашнуровать на своих лапах изделия из кожи? Я ожидала долгой битвы, яростного сопротивления, а все завершилось за пару секунд.
– Капусенька, солнышко, самая хорошая собачка! – принялась я нахваливать щенка. – У нее будут чистые лапки. Пошли гулять!
Но Капа не сделала ни шагу. Обычно она, услыхав волшебный глагол «гулять», стремглав несется к двери и принимается подпрыгивать, почти доставая ручку. Но сейчас застыла на месте.
– Капа, вперед!
Ноль эмоций.
– Капуся, шагай.
Никакого движения.
– Капундель, двигайся.
