Лапти

Видит она: вот кот лапкой умывается, хвостом из стороны в сторону помахивает, вон Дарья ногой по полу шаркает, тетка Елена часто-часто фартук теребит.

— Было, што ль, Паша?..

И тихо, чуть слышно ответила им Прасковья:

Дружно заговорили о хозяйстве, о сенокосе, яровых. Сошли на ребятишек — постоянную заботу.

— Пора тебе, Паша, отнимать Гришку-то, — посоветовала тетка Елена.

— Вон какой он большой. Небось кусается.

Одна Дарья молчала, но у той свое горе: свекровь из дома гонит.

У церковной сторожки кто-то отбивал косу, бабы шли по улице с граблями.

В избу вошел дядя Яков, тетки Елены «сокровище». Увидев баб, развел руками, сердито наморщил брови и крикнул:

— Это что за бабское собранье тут? Кто вам разрешил? Марш по домам!

Дарья оживилась, вскинулась на него:

— Я самый старший над всеми бабами. Глянь, и старуха моя тут!

— То-то ты и приперся. Боишься, как бы кто не польстился на нее! — засмеялась Марина.

— Ты, я вижу больно горяча, Маринка.

На улице орал Данила, вестовой:

— Бабы, сено согребать — пересохло!

Подошел к Прасковьину окну:

— Комиссариха, посылай сына аль сама иди.

Бабы ушли, а дядя Яков в дверь крикнул:

— Сама, что ль, пойдешь?

В избе осталась одна только тетка Елена. Она долго глядела, но не на Прасковью, а на зыбку. Взяла в руки веревку от зыбки, зачем-то дернула за нее и, глядя в пол, сквозь зубы спросила:

— Говори теперь: одна я одинешенька с тобой.

— Чего говорить-то? — испугалась Прасковья.

Прасковья уперлась взглядом на свои ноги, обутые в лапти.

Сначала заметила, что кочета лаптей обшмыгались, лыко размочалилось… Потом весь лапоть начал пухнуть, раздуваться, и вот он совсем расплылся.

Тетка Елена тревожно заметила:

Две слезы показались, оторвались, скатились по щекам. Тетка Елена разогнула спину и, сама чуть не плача, крикнула:

— Да ведь и черт с ним, коль такое дело!

Но у Прасковьи уже передернулись губы, в бессилье закачалась голова, а сама она беспомощно облокотилась на плечо тетке Елене.

Сквозь рыдания Прасковья говорила:

— Тетка Елена, четырнадцать годов, а?.

. Не поле перейти, четырнадцать… Да што это такое… а?

Но тетка Елена словно не слушала ее.

— Не убивайся. У тебя дети. Их надо растить. А ты на миру не пропадешь.

По улице гуськом тянулись бабы, забросив грабли на плечо. В избу вошел Петька. Прасковья быстро отерла лицо.

— Мама, ты сама хочешь идти?

— Оставайся дома, отдохни, а я пойду.

— Отдохну, сынок, придет время.

— Ну, тогда пойдем вместе.