Лебединая песня. Любовь покоится в крови

Во-первых, если верить Пламстеду, она намекала на явные несообразности в поведении преступника, а во-вторых, по месту и по времени подозрительно совпадало с предыдущими двумя убийствами. Вполне возможно, что между ними существовала какая-то связь, а раз так, он не зря потратит время, если попробует со всем этим разобраться.

В клубах пыли, поднятой автомобилем Стэгга, Фен подошел к воротам коттеджа. Дафна уже снова устроилась на коврике посреди лужайки, но, увидев его, расцвела приветливой улыбкой.

— Вы хотите пива, — утвердительно произнесла она, и Фен отдал должное ее проницательности.

Не дожидаясь ответа, Дафна поспешила в дом и вернулась с холодным пивом и новым бокалом.

— Вы на редкость гостеприимны, — заметил Фен. Он растянулся на траве и жевал зеленый стебель.

— Я просто умираю от любопытства. — Дафна села рядом и наполнила бокал. — Мне не терпится узнать, что произошло.

Фен с улыбкой посмотрел на нее. В своей белой безрукавке Дафна выглядела впечатляюще. Пепельные волосы были стянуты крепким узлом, который тяжело покачивался над плечами, а широко расставленные зеленые глаза смотрели весело и энергично.

— Найдется совсем немного женщин, — заметил Фен мечтательным тоном, — которые могут понять, что ты хочешь пива, и притом хорошего и в бокале размером с пинту. Завидую тому, кто на вас женится.

— Мои недостатки так же велики, — возразила она и, помявшись, добавила: — Простите, но я не пойму, кто вы такой? Полицейский?

— Избави боже.

— Английского языка.

Она резко выпрямилась:

— Вы случайно не Джервейс Фен?

— Я столько о вас слышала. У нас есть общий друг.

— Девушка по имени Салли Карстейрс.

— Подумать только! — воскликнул Фен. — Я не видел ее с тех пор, как она унаследовала кучу денег от мисс Снейт. Чем она занимается? Вышла замуж?

— Пока нет. У нее квартира в Лондоне.

— Прошло уже лет десять… Господи, как же я постарел! Когда увидите Сару в следующий раз, передайте, что с ее стороны весьма нелюбезно пропасть невесть куда и не послать мне даже весточки.

— Ее мучает совесть, — заверила Дафна. — И она постоянно говорит о магазине игрушек, мисс Тарди, Ричарде Кадогане и всей этой истории.

— В те времена я был еще легкомысленным и беспечным. Но с тех пор поумнел и начал предаваться ностальгии, что свидетельствует об упадке жизненного тонуса. Впрочем, неважно. Передайте ей мои наилучшие пожелания.

— Обязательно.