— Мне не легко будет потерпеть еще, но любая леди, забравшаяся в такие дебри только ради того, чтобы провести со мной ночь, заслуживает самого лучшего — чтоб никаких там поспешных кувырканий на полу. Ты просто сядь туда, а я сделаю нам что-нибудь выпить. Ты любишь персики?.. Нет! — сказал он, заметив, что Хьюстон собирается опять закутаться в одеяло. — Брось его прямо на полу. Замерзнешь — заберешься ко мне на колени, и я согрею тебя.
Живя в доме Дункана Гейтса, Хьюстон не представлялось случая распробовать вкус алкоголя.
Но Кейн взял банку персиков, вылил из нее сок, раздавил персики и под конец добавил туда изрядную порцию рома.
Он протянул ей эту смесь.
— Это, конечно, не самый изящный бокал, но сойдет и так.
Хьюстон сделала глоток. У нее появилось странное чувство неловкости оттого, что она сидела перед мужчиной совершенно голая. Но по мере того, как она пила этот напиток, который абсолютно не был похож на то, что ей приходилось пробовать до сих пор, она уже не чувствовала ничего особенного в том, что на ней не было ни единой вещи.
Кейн сел напротив и посмотрел на нее.
— Тебе лучше? — спросил он и протянул следующую порцию.
— Намного.
Она успела отпить только половину, как Кейн забрал у нее банку.
— Я не хочу, чтобы ты напилась, просто расслабься.
Он обнял ее и прижал к себе покрепче. Ром внутри делал Хьюстон более раскованной, чем когда-либо в жизни. Ее руки обвились вокруг его шеи, и она приникла к его губам.
— Что ты рассказала своей сестре о себе и Вестфилде?
— Что Лиандер мог зажечь в ее теле огонь, а я с ним абсолютно ничего не чувствовала.
— То есть, он не очень-то умеет задавать вопросы?
— Совершенно не умеет, — сказала она, и их губы соединились.
Пока он целовал ее, его руки скользили по ее телу, поглаживая кожу и заставляя разгораться огонь внутри нее. Какой-то частью своего сознания она понимала, что Кейн сдерживает себя, что он более скован, чем она, но не обращала на это внимания.
Хьюстон придвинулась к нему еще ближе, устраиваясь так, чтобы ему было удобнее ее держать.
Он целовал ее лицо, шею, постепенно спускаясь к ее груди. Когда он взял розовый сосок в свой рот, она выгнулась под ним, чтобы он мог обхватить ее талию и бедра руками.
— Не так быстро, дорогая, — прошептал он. — У нас вся ночь впереди.
Все эти ощущения были новыми для Хьюстон. Когда к ней прикасался Лиандер, она, скорее, чувствовала неприязнь и желание от него отделаться, чем любопытство и жажду сразу же попробовать все, что было для нее новым.
