Он предвкушал, как на равных будет сидеть за одним столом со своим врагом.
Если бы к ним с визитом ехал сам президент, и то нельзя было бы подготовиться более тщательно, и невозможно было бы найти более обеспокоенных людей, чем в этом доме. Хьюстон боялась, как бы кто-то из прислуги не пролил суп на брюки Фентона, иначе Кейн мог вполне убить виновника прямо на месте.
Но ее руки дрожали не от этого, а оттого, что Кейн пообещал ей рассказать, что было между ним и Фентоном. Казалось бы, ей всегда хотелось это знать, но сейчас она чувствовала непреодолимую потребность сказать Кейну, что она больше этого не хочет.
"
"Ее опасения подтвердились после вчерашнего телефонного звонка Памелы Фентон. Пам умоляла Хьюстон отменить обед, объясняя это тем, что у нее плохие предчувствия по поводу того, что будет сказано на этом обеде. Она заметила, что сердце ее отца может не выдержать и что она боится темперамента Кейна.
Хьюстон попробовала поговорить с Кейном, но он только заявил, что она ничего не понимает. Она ответила, что хотела бы его понять, если бы он ей все объяснил.
И именно тогда он пообещал, что расскажет ей все перед самым обедом.
Теперь, осматривая себя перед зеркалом, она обнаружила, что ее трясет.
Увидев Кейна у себя за спиной, она судорожно вздохнула.
— Повернись, — сказал он, — у меня для тебя кое-что есть.
Она повернулась обратно к зеркалу, и в этот момент Кейн опустил ей на шею каскад бриллиантов. Они лежали у нее на плечах, как высокий воротник, спадая с ключиц замысловатыми петлями.
Он отступил на шаг и посмотрел на нее.
— Хорошо, — сказал он и, взяв ее за руку, повел в свою спальню.
Не говоря ни слова и ощущая тяжесть бриллиантов вокруг горла, она села в синее парчовое кресло перед инкрустированным круглым столиком.
Кейн подошел к панели в стене, сдвинул вбок часть декоративной лепки и нащупал маленький рычаг. Панель въехала внутрь, открывая сейф, вделанный в стену.
— Очень немногие знают полностью историю, которую я хочу тебе рассказать. Некоторые знают ее частично и додумывают ее сами, но додумывают неправильно.
Мне удалось собрать ее по кусочкам только после многих лет работы.
Из сейфа он достал кожаный портфель, открыл его и протянул Хьюстон маленькую фотографию.
— Это моя мать.
— Чарити Фентон, — прошептала она, разглядывая красивую женщину на снимке: очень молодую, темноволосую, с черными глазами.
Она заметила удивление на лице Кейна.
— Эден рассказал мне, кто она такая.
— Он рассказал тебе все, что знал.
