— То, что я сделала, встало между нами, — прошептала она. — Ни один мужчина не может значить больше, чем сестры друг для друга, — сказала Блейр перед тем, как выйти из комнаты.
Некоторое время Хьюстон сидела на кровати. Она хотела успокоить Блейр, но не знала как. Что творилось с ней из-за Кейна, если она могла дать пощечину собственной сестре?
А другой вопрос заключался в том, собирается ли Кейн жениться на ней?
Она села за письменный стол и дрожащими руками написала записку своему жениху:
«Уважаемый мистер Таггерт!
Вчера вечером я вела себя непростительно.
Вы имеете полное право потребовать назад свое кольцо.
Мисс Хьюстон Чандлер»Она запечатала и отдала записку Сьюзен, чтобы Вилли отнес ее по адресу.
Получив записку, Кейн фыркнул.
— Плохие новости? — спросил Эден:
Кейн хотел показать записку Эдену, но вместо этого положил ее в карман.
— Это от Хьюстон. Знаешь, я никогда не встречал никого похожего на нее. Ты не собираешься ехать в город?
Эден кивнул.
— Зайди в какой-нибудь ювелирный магазин и купи дюжину колец, разноцветных, и пошли их Хьюстон.
— Что-нибудь написать?
Кейн улыбнулся:
— Нет, колец достаточно. Где мы остановились?
В четыре часа мистер Уэзерли из магазина «Ювелирные изделия и подарки Уэзерли» взбежал по ступеням дома Чандлеров.
— У меня пакет для мисс Хьюстон, — возбужденно сказал он Сьюзен, которая открыла ему дверь.
Сьюзен провела его на террасу, где сидели Опал и подавленная Хьюстон, окруженные списками всего необходимого к свадьбе.
— Добрый день, мистер Уэзерли, — сказала Опал.
— Могу я предложить вам чаю?
— Нет, спасибо, — отказался он, глядя на Хьюстон сверкающими глазами. — Это вам.
Он подошел к ней и подал большую плоскую бархатную коробку.
Озадаченная, но с растущей в глубине души надеждой, Хьюстон взяла коробку. Весь день она чувствовала себя несчастной, готовясь к свадьбе, которая могла не состояться. В довершение всего, мистер Гейтс, пришедший домой обедать, сообщил ей по секрету, что назначил для нее завтра утром встречу с Марком Фентоном.
Он настаивал на том, чтобы она выполнила свое обещание узнать о Кейне все, что сможет.
Когда Хьюстон открыла коробку и увидела кольца, то чуть не расплакалась от облегчения.
— Как мило, — сказала она, сохраняя внешнее спокойствие, глядя по очереди на каждое из колец: два изумруда, жемчуг, сапфир, рубин, три бриллиантовых кольца, аметист, кольцо с тремя опалами, коралловое кольцо и кольцо с жадеитом.
— Я был ошеломлен, — говорил мистер Уэзерли.
