— Не думаю, чтоб ты был прав. Хьюстон очень разумна, а эта история с Вестфилдом заставила ее повзрослеть. Такие вещи имеют огромное значение для женщин.
Кейн обернулся лицом к своему другу.
— Она прекрасно утешилась, — сказал он, жестом охватывая дом.
— Не уверен, что ее интересуют только твои деньги, — задумчиво сказал Эден.
Кейн хмыкнул:
— Ну конечно, дело в моей изысканной манере держать столовый прибор. Я хочу, чтобы ты последил за ней.
— Ты хочешь сказать, чтобы я шпионил за ней?
— Она обручена с богатым мужчиной.
Не хочу, чтобы ее похитили, а потом потребовали с меня выкуп.
Эден удивленно приподнял брови:
— Дело в этом, или ты боишься, что она снова встретится с Фентоном?
— Почти каждую среду она проводит в церкви, и я хочу знать, что она там делает.
— А, так ты беспокоишься по поводу красавца преподобного отца Томаса.
— Я, черт возьми, не беспокоюсь ни по чьему поводу! — закричал Кейн. — Сделай то, что я сказал, и проследи за ней.
С отвращением во взгляде Эден встал:
— Интересно, представляет ли Хьюстон, во что ввязывается?
Кейн снова отвернулся к окну:
— Женщина готова на многое, чтобы прикарманить миллионы.
Не сказав ни слова в ответ, Эден вышел из комнаты.
Хьюстон, одетая в слишком теплый, подбитый ватой костюм Сэйди, легко управляла лошадьми, пробираясь к шахте «Маленькая Памела». Побеседовав с преподобным Томасом, она пришла к мысли, что стоит поговорить с Джин о предстоящей свадьбе. Хьюстон все еще хотелось верить в то, что Джин находится в полной безопасности, так как не знает, кто такая Сэйди на самом деле, но преподобный Томас снова покровительственно объяснил ей, что тайна давно уже раскрыта.
Теперь, подъезжая к шахте, Хьюстон почувствовала, что ждет не дождется момента, когда сможет поговорить с Джин. Джин всегда казалась такой спокойной и разумной, и несмотря на то, что она не знала Кейна, она все-таки была его кузиной.
Охрана у ворот пропустила Хьюстон, даже не окликнув, и она поехала прямиком к дому Таггертов.
Джин уже ждала ее.
— Все нормально? — спросила она, но вдруг осеклась и взглянула в глаза Хьюстон. — Я рада, что ты наконец узнала, — мягко сказала она.
— Давай сначала развезем продукты, а потом сможем поговорить, — предложила Хьюстон.
Через несколько часов они вернулись обратно в домик Джин. Хьюстон достала из кармана пакет чая.
— Это тебе.
Пока Джин заваривала чай, они обе молчали. Джин заговорила, когда они сели.
— Итак, мы с тобой теперь породнимся благодаря твоей свадьбе.
