Я ничего не могу изменить и ничем не могу помочь, но я должна сделать хоть что-то! Я всего лишь неумелый целитель, пока среди моих достижений только мазь от прыщей и краска… Краска! В нашем городском доме была лаборатория, и я помчалась туда, горя желанием занять себя чем-то полезным.
Когда четыре часа спустя в ночной тишине я стучала в двери покоев леди Имоджин, вода текла с меня ручьем. Никто не отпустил бы подростка ночью из дома. Я просто увела лошадь из конюшни и прискакала во дворец. Конечно, к ее величеству меня бы не пропустили, и я направилась к статс-даме.
Горничная, открывшая мне дверь, дала мне чашку горячего чая. Леди Имоджин была у королевы, и мне пришлось ее дожидаться. Когда она вернулась, дрожащими руками я протянула ей шкатулку.
— Что это? — леди не спешила принять мое подношение. Я открыла ларец с двумя бутылочками.
— Там успокоительное. Это для ее величества. Оно очень сильное, полностью отключает эмоции, его можно принимать два дня подряд, но потом ее величество будет спать сутки без сновидений.
— А что во второй?
— Краска для волос. Я сама готовила, можете проверить у Тофинбейла. Просто это все, что я могу.
Имоджин приняла шкатулку:
— Я проверю. А сейчас моя горничная проводит тебя в гостевую, даст другой плащ и найдет сопровождающего.
Глава 13
Скрипнула дверь зала совещаний, вырывая меня из воспоминаний.
Среди потянувшихся на выход я заметила несколько знакомых лиц. Лорд Вестор, Крайст, Бриан. В приоткрытую дверь я видела, как стоящий спиной ко мне Эдуард беседует с Иденом.
Иден, заметив меня, кивнул, и его величество обернулся, но от его взгляда меня уже скрыли плечи выходящего Фаренджера."
"Я смотрела, как он приближается, и поражалась тому, насколько он красив. Породистый нос, четко очерченные губы, длинные ресницы, густые медные волосы. Сколько разбитых сердец устилает его путь. Но сердце его самого наглухо замуровано в ледяную броню, а взгляд его холоден и пронзителен. Однажды я столкнулась с ним после спарринга, даже с обнаженным торсом он выглядел застегнутым на все пуговицы.
— Сама, значит, пришла. Быстро ко мне в кабинет! У меня мало времени, — в голосе Фаренджера чувствовалось желание оттащить меня туда за шкирку, но сделать это не позволяло воспитание и уважение к моему отцу.
Что тут сказать, в свое время он со мной намучился. Стоило остаться наедине, как он сразу приступил к делу.
— Ну давай, выкладывай, — Фаренджер опустился в кресло за рабочим столом и открыл принесенную с собой папку.
