"
"Но идти никуда не пришлось. Максим обратил внимание на лаз в подпол, как раз под обеденным столом на кухне. Мужчины отодвинули стол, подняли крышку, мы заглянули в яму, вниз вела лестница, больше в темноте ничего разглядеть было невозможно.
— У меня фонарик в машине, — сказал Сергей. Он собрался уходить, когда Максим его остановил.
— Подожди, здесь свет есть, лампочку видишь?
Лампочку я разглядела, а вслед за этим и шнур, который тянулся вдоль плинтуса к розетке над столом.
Максим вставил вилку в розетку, и вспыхнул свет.
Сергей первым спустился вниз, чертыхнулся и буркнул:
— Ну вот, мы опять с работой.
— Что там? — свесив голову вниз, спросил Максим.
— Спускайся. А вам, Ольга Сергеевна, не стоит.
Но я внимать его словам не стала и вслед за Максимом спустилась вниз. Здесь можно было стоять в полный рост, подпол шел под всем домом, разделенный кирпичными столбами-подпорками, из-за них я поначалу ничего и не увидела. Сергей продвинулся вперед и наклонился, что-то разглядывая на полу.
Я преодолела расстояние до столба одновременно с Максимом и увидела мужчину, в джинсах и голубой рубашке. Он лежал лицом вниз, раскинув руки, из спины торчала рукоятка кухонного ножа. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: перед нами труп. Сергей шагнул вправо и вновь выругался. Я обошла его и тогда увидела Лену Зотову.
Свет лампочки еле доходил сюда, и в сумраке, увидев лицо девушки, я поначалу решила, что она тоже мертва.
Руки у нее были связаны веревкой, пропущенной вокруг балки, рот залеплен скотчем. На ней была лишь легкая кофточка, задранная к самой шее, юбка и босоножки валялись тут же. Ноги девушки оказались разведены в стороны и привязаны к вбитым в землю колышкам.
— Вот сволочь, — пробормотал Сергей, Максим отвернулся, хотя много всего успел повидать, работая в убойном отделе, и слабонервным точно не был. — Подожди, — заволновался Сергей.
— Девчонка-то вроде жива. — Он сорвал с губ девушки скотч, и мы услышали слабый стон. — Макс, ""Скорую"", черт, здесь мобильный не берет.
Я быстро осмотрела Лену, синяки, ссадины, но серьезных ран нет, хотя она и без сознания.
— Вытащите ее отсюда, — попросила я. — У нее скорее всего шок.
— И обезвоживание, — подсказал Максим. — Неизвестно, сколько времени она так пролежала.
Позвонить мы смогли, только когда выехали на шоссе.
