— Тогда что, по-твоему, значит этот звонок?
Теперь Лялин пожал плечами, по какой-то причине не желая отвечать на мой вопрос.
— Кто-то из их команды сообразил, что моя безвременная кончина существенно усложнит им жизнь, и предупредил?
— Возможно, кто-то сначала отдал приказ от тебя отделаться, но внезапно передумал. — Теперь Лялин смотрел мне в глаза, и под его взглядом я вновь почувствовала себя неуютно. — Тагаев случайно о твоих разысканиях не догадывается?
— Я звонила ему, — покаялась я.
— Просто так или с умыслом?
— С намерением знать: он в курсе, что Валя в городе?
— Гениально. Не хотелось бы тебе говорить…
— Что бы ты ни сказал, я все приму со смирением.
Я кляла себя на чем свет стоит за тот звонок, но в более мягких выражениях, нежели Вешняков, который не замедлил явиться. Мой моральный дух был совершенно сломлен, в чем я и поспешила их заверить. Однако Вешняков в отличие от Олега сильно сомневался, что Тагаев имеет отношение к наличию взрывного устройства в моей машине.
— Не могу поверить, — бубнил он, упрямо качая головой.
— Цена вопроса, — пожал плечами Лялин. И добавил хмуро:
— Только и всего.
Мы все еще находились на стоянке, и я пыталась решить, сказать им о своих подозрениях или нет? Они, в общем-то, гроша ломаного не стоили, раз не были ничем подкреплены. Чистой воды интуиция. Но, поведав друзьям о них, пришлось бы сказать главное: Лукьянов жив, что для обоих явится абсолютной неожиданностью. Что же мне мешает сказать? Боязнь за него? Вот тебе раз… Не я ли простилась с прошлым? Причем, если верить собственным словам, навеки.
Если этот сукин сын жив, можно ожидать любого поворота событий. Он мастер на всякие фокусы. А если все-таки Тагаев? Он грозился свернуть мне шею, и вот представился случай, но в последний момент он передумал, решив дать шанс своему ребенку родиться. Отчего же на душе так скверно? Выходило и так нехорошо, и эдак никуда не годится.
— Как думаете, я могу забрать свою тачку или мне теперь всю оставшуюся жизнь пешком ходить?
— Давай договоримся, — серьезно сказал Лялин.
— Никаких необдуманных шагов. Сделай милость, сначала посоветуйся.
На этом и простились. С некой опаской я завела ""Феррари"" и поехала домой. Признаться, загнав машину в гараж, я вздохнула с облегчением. Сашка встретил меня глухим ворчанием.
— Зря злишься, — попеняла я. — Тебе крупно повезло сегодня. Мог бы остаться сиротой.
