Вашу карету я увидел, когда вы находились в миле отсюда. Естественно, я проверил, не движется ли за вами полк солдат. Заметив в карете женскую фигуру, я и вправду решил, что меня хочет видеть кузина Пэнси, назначив встречу среди этих развалин, как и было сообщено в записке, которую я получил рано утром.
– Значит, вам все-таки вручили записку, – сказала Барбара. – Вы должны отдать должное моей находчивости.
– Форейтор, которого вы послали в Стейверли, добравшись, обнаружил, что двери заколочены и на замке.
Он ходил вокруг дома, барабаня в окна и двери, но ему не открывали. Наверное, здорово он вас боится, если не испугался сломать себе шею.
– Что вы хотите этим сказать?
– Бедняга пришел в ужас от того, что, вернувшись в город, ему нечего будет вам сообщить. Увидев приоткрытое на втором этаже окно, он решил забраться в дом через него. Вскарабкавшись по стене, парень ухватился за старый, полусгнивший наличник. Тот обломился, и он, сорвавшись, свалился на каменные плиты террасы.
Когда мои люди наткнулись на него, парень бился в предсмертных судорогах, сразу послали за мной, но я нашел уже бездыханное тело.
– И вы, обыскав его, обнаружили мою записку? – спросила Барбара, не выказав ни участия, ни огорчения по поводу смерти форейтора.
Ее интересовали только собственные дела.
– Да, я нашел записку, – ответил Белоснежное Горло, – в кармане камзола человека, которого настигла смерть, когда он, стараясь выполнить ваше поручение, искал меня.
– И, получив записку, вы отправились сюда?
– И я отправился сюда… на встречу с кузиной Пэнси, – уточнил Люций.
– А вместо нее обнаружили меня, – кокетливо произнесла Барбара, потупив взор. Ее опущенные ресницы вспорхнули, словно бабочки, когда она снова взглянула на него. – Я уже говорила, что хотела вас видеть.
– Ну и теперь, когда ваше желание осуществилось, вы довольны?
В голосе звучала ирония, которую мог бы не уловить только глухой. Однако Барбара, не обратив на это внимания, подвинулась к нему, подобрав складки платья, отчего воздух вокруг наполнился благоуханием изысканных духов.
– Мне так много хочется сказать вам, – вздохнула она, – но сначала расскажите немного о себе. Вы счастливы, ведя нелегкую кочевую жизнь человека вне закона? Или, может быть, жалеете, что лишились дома, очага, вкусной еды, музыки, ласкающей слух, женщин, конечно же? Я имею в виду женщин, с которыми, как со мной, приятно беседовать и предаваться любви.
