– Значит, вы против желания женщины быть красивой?
– Отчего же? Все дело в том, на что направлена красота. Красота некоторых ничего, кроме несчастий, не приносит.
– Вы меня имеете в виду?
– Вы лучше сумеете ответить на этот вопрос, – усмехнулся Люций.
Барбара передернула плечами, потом мягко положила ладонь ему на руку:
– Зачем вы все время пытаетесь воевать со мной? Сурово смотрите, грубите мне… Чтобы встретиться с вами, я отважилась на рискованное путешествие. И вы не рады? Неужели в вашем сердце не отыщется местечка для женщины, осмелившейся на такой поступок?
– Чего же вы от меня ждете?
– Странно слышать подобный вопрос от мужчины! Я же сказала вам, как забилось мое сердце, когда увидела вас в суде.
Я уже говорила, что решила тогда во что бы то ни стало встретиться с вами наедине. Я не успокоюсь, пока наконец не пойму, что наши сердца бьются как одно.
Люций, освободив руку, поднялся:
– Леди Кастлмэн, полагаю, у нас с вами разные взгляды на мир. Не нужно особой проницательности, чтобы увидеть – вы приехали сюда отнюдь не потому, что я вам интересен.
Я теряюсь в догадках, какая истинная причина привела вас сюда глубокой ночью, однако не могу не высказать своего отношения к вашим словам. Поэтому, если вы не хотите говорить откровенно и вам больше нечего сказать, я должен извиниться и откланяться, ибо у меня есть дела поважнее.
Он говорил спокойно, без раздражения и не ожидал от Барбары той реакции, которая последовала. Она, переменив позу, неожиданно разлеглась на могильной плите, зазывно улыбаясь:
– Либо вы совсем лишены разума, либо вы один из тех редких мужчин, у кого отсутствует тщеславие.
Я вам обещаю, вы будете единственным и неповторимым в Уайтхолле!
– Я могу идти? – бросил Люций, все больше раздражаясь.
– Нет! – резко ответила Барбара. – Вы никуда не пойдете, так как мне есть что сказать вам. Прошу вас, устраивайтесь рядом, лорд Стейверли, или, если вам больше нравится, Белоснежное Горло. – Она снова села, приняв строгую позу.
– Присаживайтесь! Куда же вы отскочили? Не нужно меня бояться.
Люций расхохотался. Дьявол, а не женщина!
– Я вас не боюсь, но у меня есть подозрение, что вы пытаетесь соблазнить меня. Может быть, я ошибаюсь?
– Вас это удивляет?
– Тогда то, что о вас рассказывают, сущая правда.
– Любопытно, что же вы такого слышали?
– Слышал, что вы развратная женщина, предающаяся страстям, вожделению, пользуясь данной от Бога красотой.
