Она обращалась к нему на «ты». Иначе в ее положении нельзя.
– Ишь ты какая! – хищно сощурился пахан.
– Такая... Обидел ты меня, Костыль! – Хватит ходить вокруг да около. Пора брать быка за рога.
– Вот как...
– Пацана моего зачем на нож посадил?
– Надо было, значит. – Глаза его остекленели, в уголках рта застыла жесткая полуулыбка.
Костыль не отрицает своего участия в инциденте с Чижом. Что ж, это подкупает...
– Это не ответ.
– На горло вы мне, шпана, наступаете! – Костыль начал заводиться. Казалось, еще немного, и он придет в бешенство.
– Параши, суки, не нюхали, законов воровских не признаете, все выше головы прыгнуть хотите. Беспредел творите, кого ни попадя на карман ставите. Людей мочите почем зря!
Это он о таксисте. Зря его убили, спору нет. Но не Костылю об этом судить! И внутри у Ирины начало закипать.
– Это наши проблемы... Ты не ответил, зачем человека нашего порезал?
По своему собственному мнению, она вела себя безупречно. Не заискивала перед Костылем, в рот ему не смотрела. Держалась на равных.
И он, похоже, смирился с необходимостью считаться с ней как с серьезным противником. А то, что грубит, на крик срывается, так это для такого случая вполне нормально.
– Рынок наш городской под моей пятой. И никому там хозяйничать не позволю! – гневно блеснул он взглядом.
– Хорошо, пусть будет так. Рынок твой. Мы туда больше не полезем. Ты эту территорию раньше нашего застолбил... Только зря ты моего пацана тронул. Можно было и миром обо всем договориться...
– Не будет у меня с вами мира.
Не признаю оборзевших фраеров... Город мой, и никому я его не отдам. А все, что вы захапали, мне отдадите...
– Это мы еще посмотрим, – кольнула его ядовитым взглядом Ирина.
И тут же обернулась к Веслу.
Тот все понял и дал знак. Секунда-две, и в руках у бойцов появилось оружие. Клацнули затворы автоматов и пистолетов. Только «стволы» наведены не на Костыля и его братву, а уперты в землю.
Пусть видит пахан, какая против них сила стоит.
– Вот ты, значит, как, Ирина... – обратился он к ней по имени.
– Не ожидал я от тебя такого, не ожидал...
Демонстрация силы явно выбила его из колеи. Он растерялся, но виду не подал. Не ожидал, что так серьезно настроен его противник, столько в его арсенале оружия.
– Только не думай, Костыль, войны я не хочу. Тебе твое, мне мое... Поделим город и будем жить в мире...
– Нет. – Ему, возможно, и хотелось бы согласиться с ней. Но, видно, он не мог себе этого позволить. – Меня приставили сюда смотреть большие люди.
