Перед мамой она всегда чувствовала себя беспомощной. – Меня просто изнасиловали...
Жаль, что она не нашла в себе тогда силы прикончить Сашу, этого мерзавца. Что ж, она расправится с ним по-другому.
– Изнасиловали?
– Да, изнасиловали... А потом пустили слух, будто я отдалась по доброй воле. И еще такого наплели... В общем, мама, заявление в милицию уже готово. Завтра я передам его по назначению... И хватит обвинять меня в несуществующих грехах. Во всем разберется суд.
* * *"
"А через два месяца после того, как он попробовал на вкус Лену Городецкую, Саша Кольцов трясся в «столыпинском» вагоне, увозившем его на восток, в «места отдыха лагерного типа».
Нет, это ж надо, из-за бабы за решетку попасть...
Никак не мог он подумать, что у этой утонченной леди такой удар. Играючи вырубила его. Разозлился он тогда на нее, пустил про нее гадкий слух.
И этот слух вернулся к нему бумерангом.
Приехали за ним двое в милицейской форме, прямо с занятий выдернули и, ничего не объясняя, в «луноход» затолкали. Только потом он узнал, что его в изнасиловании обвиняют.
Елену Городецкую, мол, взял силой. И заявление ее показали.
Он, конечно, изворачиваться начал. Да куда там, крепко его прижали. Припаяли пять лет лагерей.
А в камере, в первый же день после объявления приговора, его опустили, «петухом» сделали. И, что самое обидное, Леночкой назвали...
Саша Кольцов, он же «дырявый» по кличке Леночка, дал себе слово по окончании срока вернуться в Москву и наказать Лену Городецкую за то, что она с ним сделала.
Способ, каким он накажет ее, он еще не выбрал. Но впереди у него было достаточно времени для размышлений...
Глава третья
1
Месяц Ирина не была в Краснинске. За это время в жизни ее сообщества произошли большие перемены. Как она и думала, ее ждал неприятный сюрприз...
Место Костыля занял молодой, но ранний вор по кличке Сапог. Амбиций выше крыши, гонору под потолок. С ходу, ни в чем не разбираясь, в бой ринулся. За смерть Костыля мстить начал.
Во всем, как и ожидалось, ее пацанов обвинили.
Мол, оборзел совсем молодняк беспредельный, на святое руку поднял. Даже то, что центровая убийцу самолично прихлопнула, не охладило пыл татуированных. Они крови жаждали, свою единую и неделимую власть в Краснинске восстановить торопились.
Да только не вышло.
Видно, богом возомнил себя Сапог: отказался от помощи, которую ему предложили московские «законники». Да в таком тоне отказался, что обиделись они на него, отвернулись. Это и решило исход борьбы.
