А если просто под ноготки иголочками потыкать или яйца в тиски зажать, то ничего страшного не будет.
Лучше было бы, конечно, братилу этого с музыкальным уклоном отпустить. Тогда проблем и вовсе не возникнет. Но решения свои она меняла лишь в исключительных случаях. А в этом ничего исключительного не видела...
Не зря она думала о своем пленнике. Утром следующего дня к ней пришли трое. Сначала она думала, это агенты каких-то ей пока неизвестных исполнителей пожаловали. Аккуратные прически, строгие двубортные костюмы, брюки идеально отглажены, черные туфли сияют чистотой.
В руках изящные кейсы. Глаза скрывают непроницаемые солнцезащитные очки. Впрочем, они и представились секретарше шоуменами. Только шоу они устраивали несколько иного плана.
– Чем могу быть полезной? – вежливо спросила она, указывая, куда они могут присесть.
– Мы от Таежника, – бесстрастным металлическим голосом отчеканил тот, который стоял в центре.
Ирина с интересом посмотрела на него. И одновременно наступила ногой на специальную кнопку.
Два сигнала – быть в готовности. Один – и в кабинет к ней немедля ворвутся вооруженные охранники.
О Таежнике, об этом беспредельщике, уже успевшем стать знаменитым, она слышала. Полной отмороженностью славится. Никаких авторитетов не признает. Ни воров не боится, ни ментов. И бригады у него козырные. Жестокие и беспощадные профессионалы под ним ходят. Только пуля их может остановить. Но пуля почему-то не берет их...
– Ну и?.. – небрежно усмехнулась она.
Ее взгляд заледенел.
– Где Кумыс?
– Какой кумыс?
– Ты его вчера повязала...
– А, этот урод... Завтра можете его забрать...
– Почему завтра?
– Завтра ему будет совсем плохо...
– Мы не шутим.
– Я тоже... Ваш Кумыс оскорбил меня.
– Ну и что?
– Короче, базар окончен. Завтра вашего Кумыса отпустят...
– Сегодня...
– Завтра! – отрезала Ирина.
От Таежника эти «белые воротнички» или от самого дьявола, но своего кента они сегодня не заберут. Чхать она хотела на всяких там козлов."
"– Контора у тебя не кислая, – легко перескочил с одной темы на другую ее собеседник и обвел многозначительным взглядом ее кабинет.
– А это не твое дело, – огрызнулась она.
– Мое... Бабок ты много загребаешь. Делиться надо...
Ирина даже рот раскрыла от удивления. Ну и наглость!
– У меня своя «крыша»...
Всю собственность краснинской братвы крыла родная «крыша». Иначе и быть не могло. Смешно было бы наехать на краснинских и требовать, чтобы они платили кому-то дань.
