- Мама, - снова говорит ребенок и тянет ко мне пухленькие ручки.
- Рози! – девочка-подросток кидает на меня злобный взгляд. – Сколько раз говорить, она не мама нам! Она - злая мачеха, жена нашего отца!
И столько ненависти в ее еще детском голосе, что я даже теряюсь, не зная, что сказать.
Впрочем, моя растерянность длится недолго. Через несколько секунд я прихожу в себя и, склонившись над малышкой, поднимаю ее с полу и прижимаю к себе.
- Ты зачем ее схватила? – девочка пытается забрать у меня ребенка.
- Ты что себе позволяешь? – одной рукой держу кроху, другой отодвигаю пыхтящего подростка. – Не надо выхватывать у меня… Рози.
- Ты опять что-то специально ей вывихнешь! – кричит девочка и продолжает попытки силой забрать малышку.
Боже, что за дурдом тут происходит? С чего бы мне причинять вред крохе? И тут чужая память услужливо подсказывает, посылая внезапное воспоминание. Мои руки вытаскивают ребенка из кроватки, почему-то развязывается распашонка, и малышка падает на пол, некрасиво изогнув маленькую ножку.
Пока я стою, слегка дезориентировано хлопая глазами, девочка пользуется возможностью и все-таки выхватывает у меня малышку. После чего тут же отбегает на добрый десяток шагов, яростно прижимая к себе еще больше раскричавшегося ребенка.
- Шарлотта что… - в комнату заходит мальчик, внешне очень похожий с девочкой-подростком, и я делаю вывод, что они брат и сестра. – О! Она опять хотела навредить Рози?!
И смотрит на меня такими же злыми глазами, как это недавно делала его старшая сестра.
- Я никому не пыталась навредить. Малышка плакала, я просто пришла ее успокоить, - пытаюсь все-таки объяснить детям свои мотивы, но, похоже, мои слова не вызывают доверия у детей.
- Уходи! – шипит на меня та, которую брат назвал Шарлоттой. – Мы тебе не верим и все расскажем отцу, как только он вернется!"
"Я смотрю, как она грубо и недовольно снимает с Рози штанишки, кривится и бросает их в корзину, а потом уверенными движениями складывает чистую ткань в несколько слоев и делает подгузник.
Такие использовали и женщины моего поколения, до новомодных памперсов, потом на ребенка натягиваются штаны, а в рот суется какая-то круглая тряпочка, похожая формой на соску. Ребенок моментально успокаивается, сосредоточив все свое внимание на сосании.
- Роберт, твоя очередь стирать пеленки!
- Но Шарлотта, - пытается отнекиваться мальчик, ему это занятие явно не нравится.
- Не ной, Роберт.
