Ледяное озеро

Оно производит небольшие фарфоровые изделия для разных отраслей промышленности.

Я заметила удивление на папином лиие, когда дядя Хэл сказал без обиняков:

— Ты говоришь о предприятии „Полфри-фарфор“, полагаю. Кто-нибудь хочет его купить?

Папа сказал, мол, странно, что Хэл откуда-то знает название. Дядя Хэл ответил: нет, не странно, он помнит, как после войны их отец собирался купить эту компанию у человека, который ее основал.

Тогда Роджер изрек в своей фирменной педантичной манере, что если Хэл знает об этой фирме, то все упрощается.

Папа явно был не очень уверен на сей счет, и я сквозь шелку заметила у него на лице замкнутое и хмурое выражение, какое всегда возникает, когда ситуация выходит у него из-под контроля.

Дядя Хэл сидел вытянув ноги (а они у него ужасно длинные). Он сидел расслабленно и непринужденно, чувствуя себя как дома, и взгляд у него был абсолютно непроницаемый. Он спросил: для чего они хотят продать это предприятие?

Папа тотчас пустился в цифры и факты, он бывает до ужаса нудный, когда толкует о деньгах.

Утверждают, что невозможно быть нудным, когда говоришь о деле, которое любишь больше всего на свете, что для папы означает деньги (даже несмотря на его нынешние сантименты в отношении Евы и Розалинд). Однако это неверно: кому охота слушать, как другой бубнит о ящерицах или почтовых марках, если только сам ими не увлечен?

Дядя Хэл слушал с ленивым видом, и они приуныли. Потом он встрепенулся и перебил папу вопросом:

— Хорошо, тебе нужны деньги от продажи, чтобы вложить в новое оборудование для „Джауэттс“.

А кто хочет купить „Полфри-фарфор“? И зачем? И что будет с фабрикой и ее работниками?

— Мы ведем переговоры с мистером Филиппом Шеклтоном, он является главой одной компании на юге, — ответил Роджер. — Они хотели бы развиваться в данном направлении.

— На юге? — переспросил дядя Хэл. — Но завод и те, кто на нем работает, находятся на севере.

Тут пошло какое-то невнятное бормотание со стороны папы и дяди Роджера, но было совершенно ясно, что этот мистер Шеклтон закроет фабрику и перенесет производство куда-нибудь еше.

— Сколько рабочих мест пропадет?

Папа начал наливаться кровью.

— Ради всего святого, Хэл, давай не приплетать сюда весь этот вздор насчет безработицы. Работники квалифицированные, со временем они найдут себе применение.

— Так сколько? Женщины там тоже работают?

— Разумеется, мы не можем трудоустроить каждую женщину, потерявшую рабочее место.