Ледяной палач

Вы говорили, что пару лет назад пытались через Патрушеву предложить городу услуги по строительству нового Дома культуры, но что-то там не срослось. Вы не можете подробнее вспомнить, что именно помешало вам тогда? Да-да, понял. – Лев Иванович какое-то время слушал, что ему объясняет Ащеулов, а потом спросил: – Вы точно знаете, что это Патрушева выступила против вашей кандидатуры? Понятно, хорошо, спасибо. Что ж, до свидания. Конечно, если будет что-то конкретное, то мы обязательно вам сообщим.

Полковник прервал разговор и какое-то время пребывал в задумчивости, потом посмотрел на выжидательно глядевшего на него Антона и загадочно произнес:

– Вот такие, значит, пироги, брат Антон.

Бери фотографии, я адрес сейчас запишу, и езжай в скупку на изъятие. Постарайся все провернуть пошустрее. Поедем потом в дом отдыха за сторожем. Надо будет его сюда привезти. А то, кто знает, вдруг Коту в голову придет, что этот Черепанов очень уж неудобный свидетель, и он решит его убрать? Мы, конечно, и с Ренатом вдвоем бы управились, но кто знает, что там за сторож и кто, кроме него, там еще живет-стережет.

– Понял, Лев Иванович, постараюсь все сделать быстро. Только вот города я не знаю. Боюсь, придется долго искать нужную улицу.

– Так ты туда не один езжай. Спроси у дежурного, кто из шоферов свободен, и скажи, что срочно нужна машина. Скажи, что начальство добро дало. Пусть, если хотят, проверяют твои слова…

– Ладно. – Варежкин быстро вышел.

Гуров остался один и, вспоминая слова, сказанные ему Ащеуловым, пробормотал:

– Ащеулову дали от ворот поворот, потому как кого-то не устроило, что он из другого города. У нас, мол, свои инвесторы и застройщики есть. Это не Москвина ли Регина Михайловна имела в виду? Какие-то у них между собой дела уже тогда были. Надо бы в администрации с кем-нибудь на эту тему переговорить. Думается мне, что много интересного можно услышать.

– Лев Иванович, идемте. – В кабинет заглянул Сладков.

– Ты уже выпустил Котелкова?

– Слышали бы вы, как он кричал и возмущался! Грозился адвоката на меня науськать и в суд за произвол подать.

– Ничего он не сделает. Будет сидеть тихо, как мышь. Знает, что мы Шершенева и Михайлюка взяли, можно сказать, с поличным, и потому будет делать вид, что не при делах и их знать не знает, – ухмыльнувшись, ответил Гуров, пока они со Сладковым шагали по коридору к техническому отделу криминалистики.