Легенда о слезах двух Лун

Голоса его подсознания шумели, как никогда до этого, но Альвиан смог привыкнуть к ним и не обращать внимания на посторонние шумы.

После поездки во Францию Джакуб встретил короля в картинной галерее с явным беспокойством. Лицо мужчины сливалось с белым плащом. Глаза покрылись плотным туманом усталости и через них не было видно признаков жизни. Советник короля ощутил холод, окружающий его друга, и посчитал это дурным знаком. Император не захотел говорить с Джакубом рядом с Мари и пригласил его в свой кабинет.

Советник не узнал то место, где восседали все короли прежде. С каждым днём беспорядок в светлой комнате с кучей бумаг и книг возрастал. Книги были разбросаны по разным углам, а помимо чёрной от чернил бумаги, по столу лежали скомканные сожжённые листы.

–Альвиан, – протянул Джакуб, рассматривая кабинет, – Ты слишком сильно отдаёшься своему делу.

–В моих руках сила, которую нужно использовать во благо людей, – король упал на кресло и закрыл опухшие глаза, – Я всё сделаю и отдохну.

–Если ты не прекратишь так мучать себя, силы не останется вообще. Что говорит об этом Мари?

–Осуждает, – пожал плечами высший, – Как и ты.

Джакуб взял первую попавшуюся книгу и швырнул её на стол. От неожиданности Император встал с места и с непониманием посмотрел на советника.

–А я об этом подумал, – рыкнул Джакуб, – Ты даже не слышишь, о чём я думаю, Альвиан! Возьми себя в руки! Если всё так продолжится, созданное вами разрушится! Падёт, как Адам с Евой пали.

Парень кричал, хотя это было на него не похоже. Состояние друга расстраивало его и, кроме негодования, он не чувствовал ничего. Джакуб хотел вразумить Императора, показать, что он сбился с пути и нужно всего лишь немного отдохнуть. Но король не слышал голоса разума в лице Мари и Джакуба. Его самочувствие не отличалось от того, что испытывают люди во время небольшого голодания. Он не падал в обмороки, не хотел спать, не чувствовал упадок сил.

–Мы не будем ничего делать, пока ты не придёшь в себя! – поставил точку Джакуб, чья злость только возрастала.

–Тогда уходи, – спокойно сказал Альвиан, контролируемый внутренними голосами, – Ты же прекрасно знаешь, что твоё присутствие лишь декорация, чтобы создать впечатление обычного правления.