− Морган, − тихо сказала я, пытаясь скрыть отчаяние в голосе, − послушай и не перебивай. Возможно, я права и это не для нас? Может, я не создана для нормальных отношений. Мой дурацкий характер, работа, желание делать все по своему сценарию. Я не хочу доводить тебя — да, и себя тоже — до нервного срыва. Не хочу, чтобы все закончилось твоей ненавистью ко мне.
− Детка, − прошептал он.
− Мы ведь можем продолжать встречаться, ночевать друг у друга, весело проводить время. Но наши отношения не будут испорчены рутиной. Нам всегда будет весело и легко вместе.
− Но я хочу семью, − возразил он, утыкаясь мне в шею.
− Ладно, давай поступим так. — Я пересела на диван, но оставила перекинутые через него ноги. — У каждого из нас будет свое пространство. Мы будем спать друг с другом, ночевать, когда захочется, но фактически не будем вместе жить. Если у нас обоих возникнет такое желание, мы снова сойдемся. Но это будет тогда, когда мы оба действительно почувствуем такую потребность. И это не будет спонтанным решением, принятым за три минуты на свадьбе друзей.
— Я смотрела в его измученное лицо и понимала, что в том, как он из цветущего сексуального мужчины начал превращаться в мученика, виновата была только я. — Морган, послушай. Мне действительно нужно время, чтобы привыкнуть, что я не сама и что решения нужно принимать, согласовывая с кем-то. То же касается построения планов и походов куда бы то ни было. Господи, да мы даже с семьями друг друга не знакомы.
− Зато мы все о них знаем, − заметил Морган, невесело усмехнувшись.
− Да, это точно. Но мы должны привыкнуть ко всему этому. Наш брак… он… все произошло слишком стремительно. Это чересчур для меня. И для тебя, думаю, тоже.
− А что, если мы родим ребенка? — выпалил Морган с надеждой в глазах.
Я вздохнула, взяв его огромную ладонь в свои руки.
− Это не поможет, а только усугубит ситуацию и ты сам это понимаешь. Нам сначала нужно научиться жить вдвоем, а уже потом приводить в этот мир нового человека.
Морган обреченно кивнул, видимо, исчерпав все свои аргументы.
Мой вздох был полон облегчения. Мне казалось, что я уговорила мужа выпустить меня из клетки и теперь могла расправить крылья.
− Так значит, гостевой брак? — спросил он с горечью.
− Мы только попробуем, − мягко сказала я.
− Прости за вчерашнее. Я повел себя как ублюдок.
− Это нормально, что ты разозлился.
− Когда ты стала такой понимающей? — с горькой улыбкой осведомился он.
Где-то между двумя и тремя часами ночи. Когда приняла для себя решение.
