– Ну не помню я! – разозлилась Вероника и закрутила педали еще яростней. – Мало ли всяких неудачников вокруг «Вениамина» сшивается?
– То есть этот человек был певцом или композитором?
– Ну не слесарем же! – фыркнула Вероника. – Волков отшил очередного лабуха, тот напился и пришел отношения выяснять."
"– И как же он их выяснял? Неужели драться полез? – сделав испуганные глаза, спросил Мишаня.
– Да нет, орал что-то.
– Матом?
– Нет, он не матюгался. Он просто обозвал Волкова убийЦей, ну в том смысле, наверное, что талант его убил.
– А может, вы и фамилию этого лабуха сумеете вспомнить? – безнадежно спросил Мишаня.
– Да я и вашей-то фамилии не помню, хотя с вами уже раз десять встречалась. А к Волкову на прослушивание толпы ездят. Я ж говорю, случайно видела того парня. Мы клип снимали, Волков сидел в студии. А потом секретарша заглянула и говорит, мол, пришел какой-то… не помню, в общем, фамилию назвала. Волков даже съемку остановил, сказал, мод, перекур, ребята, без меня не продолжайте.
И пошел в свой дурацкий зал. А нам, конечно, любопытно стало – из-за кого это Волков остановил съемку. Ну вот, мы с Юркой, оператор и еще ребята стали по очереди в зал заглядывать, даже послушали песенки этого самого… как его? – Вероника раздраженно поморщилась. – Нет, не помню.
Все-таки Мишане удалось растопить лед. И фея-доктор, вероятно, не обрабатывала больше надменную фотомодель. Ирина Москвина была права, ее подружка Ника действительно любила поболтать и посплетничать.
– Вот видите, как много вы вспомнили! – радостно заулыбался Мишаня.
– Вам полезно вспоминать, вы ведь рассказывали, как страдали из-за своей забывчивости. А смотрите, какая вы умница! Ну, давайте дальше попробуем.
– Вот как ваша фамилия? – Вероника даже педали крутить перестала. Вероятно, ей понравилась эта игра под названием «А ну-ка, вспомни!».
– Сичкин.
– А тот был Синичкин!
– Может, Синицын? – спросил Мишаня, чувствуя, как замирает сердце и проясняется голова.
– Может, и Синицын, – легко согласилась Вероника.
– Вероника, а как вел себя Волков во время скандала?
– А никак. Стоял, молчал. Что ж ему, отношения, что ли, выяснять с этим психом?
– То есть спокойно слушал?
– Нет, Юрка сказал, он аж позеленел весь и затрясся.
– А Юрий находился рядом?
– Да. Волков с Региной Валентиновной собрались уходить, Юрка пошел провожать. И тут как раз все и случилось.
– То есть он слышал все, что кричал Синицын? Он рассказывал вам об этом?
– Нет.
