Но наши-то гебуны хороши! Здорово их, видать, трясут сверху, если они профессора из Штатов выписали для консультаций. Уж не про меня ли консультироваться станут? Спасибо, предупредили старые друзья. Вот только не знаю я, что мне с этим профессором делать. И с девкой, переводчицей. Девка не простая, ох не простая. Навещала она двух интересных старушек, ужинала с ними, чай пила и часа три о чем-то беседовала. Вот куда надо бы «жучка» поставить… Да кто ж знал? Ох, задачка получается, Нинок. Не промахнуться бы.
Как думаешь, киска, что делать-то?
Нина быстро постукивала ребрами ладоней по его спине. Ее мягкое округлое лицо не выражало ничего, кроме спокойной сосредоточенности. Полные губы были чуть приоткрыты. Кудряш повернул голову и встретил ласковый, преданный взгляд. Глаза у девушки были небесно-голубого цвета, удивительно яркого и чистого.
Кудряш, сладко покряхтывая, перевернулся на спину и, протянув руку, нежно похлопал массажистку по круглой щеке.
– Ну, иди сюда, киска, помоги мне расслабиться.
Девушка понимающе улыбнулась и стала не спеша расстегивать пуговицы белого халатика, под которым ничего не было. Когда ее теплые влажные губы заскользили по волосатой, покрытой шрамами и наколками груди, Кудряш закрыл глаза и прошептал:
– Ох, Нинок, мог бы – женился на тебе. Такая вот мне нужна, чтоб ничего не слышала и всегда молчала… такая вот, глухонемая красавица…
Сотовый телефон, валявшийся возле топчана, затренькал совсем некстати. Не открывая глаз, продолжая хрипло, быстро постанывать, Кудряш зашарил рукой по полу, нащупал трубку.
– Сняли «жучка», – коротко сообщила трубка.
– Кто? – выдохнул Кудряш.
– Либо очкарик, либо сама девка.
– Где они?
– В Загоринскую поехали, сказали, мол, к староверам.
Может, туфта? Они сначала поговорили, а потом «жука» сняли. Может, это, на понт берут?
– А ты проверь. У самого-то очкарика тачку оборудовали?
– Не получается пока.
– Ладно, продолжайте вести их. Но не светитесь. У старух пост стоит?
– А как же! Двое.
– Поставьте третьего. И еще, скажи Бондарю, пусть подберет жиронду самую лучшую, чтоб по-английски говорила. Лучшую, понял?
Нажав кнопку отбоя. Кудряш уронил телефон на ковер и мягко прикусил губами розовое нежное ушко, в котором посверкивал холодным огнем небольшой бриллиантик чистейшей воды в старинной платиновой оправе.
* * *Майклу действительно удалось разговорить загоринских староверов. В дома, правда, не пускали, но на улице беседовали охотно.
