Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

На порог вышел улыбающийся старлей-украинец:

– З прибуттям! Ми вже ждали-ждали.

Капитан Марчук кивнул:

– Дякуемо. А що у вас здесь такое?

– Чорта вам у дупу… – прошептал капитан Марчук, видимо, что-то начавший понимать. Он успел сделать шаг за ограждение, как ему в спину заорали:

– Стоять! Руки вверх!

Марчук обернулся к коллеге – напарник-старлей целился в капитана, двумя руками удерживая пистолет. Уверенно целился, сразу видно, регулярно захаживает в тир человек.

Капитан Марчук угрожающе напомнил:

– Ты що?! Договоренность имелась.

На самом высоком уровне. Мы договор о сотрудничестве подписали.

Чернявый усмехнулся:

– И ты Москве веришь? Той брехне про их Психу? Нет, хватит. Только дернись, Серега…

Сопели хлопцы в масках, смотрели на спящего немца.

– То не эсэсовец, – засомневался долговязый черноголовый, крутя в руках новенькую, с еще не стершейся наклейкой бейсбольную биту.

– Звирим уси, – пообещал старлей, вновь переходя на правильную мову. – Раз притягли, значить, потрибна та людына. Вяжить москалив, хлопци.

Обережно, вони прудки…

– Нет! – яростно сказал Марчук. – Мы вместе ходили!

– А то я не бачу, що ви разом, – лицо чернявого напряглось…

Женька понял, что сейчас будет. Но сделать ничего не получалось. Ну, совсем ничего. Стояли за спиной черноголовые: один в спину Землякова ствол автомата направил, второй в затылок Вадиму из какого-то импортного пистоля целился. Хрен с ним, биту третьего можно не считать, но с трех шагов эти хлопчики точно не промахнутся.

…Старлей выстрелил еще до того, как Марчук к нему шагнул.

Пуля попала в расстегнутый, с нитками от срезанных пуговиц ворот гимнастерки. Марчук вздрогнул, ссутулил плечи – двинулись погоны со следами от капитанских звездочек. Наверное, на память хотел украинский капитан старинные погоны сохранить, не отстегнул истертую пустяковую мятость. И шел сейчас офицер распоясанный, непоправимо проштрафившийся, на своего сослуживца.

Не дрогнула верная рука патриота Новой Великой Украины – вторую пулю в нагрудный карман всадил, третью в лоб…

Марчук все равно, падая, вперед шагнул, – снайперу-пистолетчику пришлось отскакивать, начищенные берцы уберегая.

– Нет! – взвизгнул Женька, падая на колени. – Нас не стреляйте! Я в плен! В плен! Вяжите!

Старательно закидывал руки за спину малодушный младший сержант Земляков, истово кланялся полированной бите и уродцу-АКСУ. Спиной к упавшему человеку поворачивался и в глаза никому смотреть не желал.

Гадкое это дело, комедиантство. Воротит от него.