Словно заклинание, твердила себе раз за разом, что нельзя, нельзя ни с кем сближаться, но всё равно вспоминала горца. Я прекрасно понимала, что не смогу никогда ни родить детей, не стать ему ни женой, ни любовницей, если вдруг чувства окажутся взаимными. Чувства такого рода лакомый кусочек для демона. Достаточно лишь небольшого колебания и он сможет использовать их в качестве лазейки, чтобы завладеть моим телом. Любое сильное чувство и всё… Конец придёт всем и всему. Первые десятилетия после того, как демон оказался во мне, я даже смеяться и плакать боялась.
Это потом, с годами научилась более-менее блокировать его влияние и глушить с помощью зелий. Но одно дело — мелкие стандартные ощущения, а другое — любовь, сильные переживания… Я уже молчу о тех эмоциях, которые испытывают мужчина и женщина во время близости… Самое кошмарное, что после каждого доклада Берта, который был моей правой рукой на время лечения, становилось ясно, что Арман добивался встречи со мной не только из вежливости или сочувствия. Что он тогда смог разглядеть в закопчённом частично обугленном теле, что был так настойчив? Не знаю.
Как только смогла встать на ноги, назначила встречу, чтобы вернуть плащ и поблагодарить за спасение и намекнуть, что более встречаться нам не стоит. Только судьба распорядилась по-своему. Стоило лишь его увидеть и я окончательно поняла, что пропала. Мне с трудом удалось угомонить разбушевавшегося демона. Следующая наша встреча произошла у ручья, куда я отвела коней на водопой. Никакие уговоры и требования не смогли остановить Армана.
Не помогла даже демонстрация шрамов и рубцов. Ему было наплевать и на изуродованное огнём тело, и на хромоту. Там, у ручья, он признался мне в любви. И сказал, что всегда будет ждать меня и только меня всегда. Любая девушка от счастья голову бы потеряла от таких слов, но я знала, что головы лишусь буквально. Не видеть его было пыткой, а встречаться ещё более сильной. Через два месяца он подарил мне два платья: белое — избранницы-невесты и красное — свадебное.
А так же вручил те самые кольца, которые впоследствии были отданы Александру и Лиссе. Понимая, что он не отступится, я решилась на последний шаг: рассказала о демоне, готовая даже быть уничтоженной любимым. Но и это ничего не изменило. Арман лишь сказал, что подарки не возьмёт обратно, но и от меня отказываться не станет. Пусть редко, чтобы не провоцировать демона, но будет навещать. И потянулись долгие двадцать семь лет случайных мимолётных встреч украдкой.
