Только чтобы увидеть друг друга, иметь возможность прикоснуться, услышать любимый голос… Появилась и становилась больше с каждым годом седина в чёрных кудрях и бороде, лоб начали бороздить морщины, но Арман оставался верен мне. Его родственники знали о моём отказе выйти замуж и также, как и я, как бы мне не было больно, надеялись, что он выберет какую-нибудь другую девушку, женится и обзаведётся детьми. Но годы шли, надежды, что что-нибудь изменится, таяли. На своё место он готовил племянника, осиротевшего после смерти младшего брата, отец и семья, наконец-то, смирились и прекратили от него требовать окончательно порвать со мной.
Последняя наша встреча стала таковой в прямом смысле слова. В селении, где стоял дом Армана, произошёл прорыв. Много людей тогда погибло. Он и его воины сделали всё, чтобы увести оставшихся от беснующихся демонов, пока те выпивали одного за другим жителей. Арман со своими бойцами до последнего сдерживал одержимых, но сам стал жертвой демона, несмотря на медальон-печать, который я ему подарила когда-то.
Когда отряд прибыл на место, он ещё сражался ""сам с собой"", но демон был силён. Я попыталась перетянуть сущность на себя, но всё было тщетно. Душа моего любимого была почьи полностью пожрана демоном. В какой-то момент серые глаза, затянутые демонической Тьмой прояснились, и Арман прошептал:
— Убей."
"В последней просьбе не отказывают. Никогда и никому. Я и так видела, что с Арманом всё кончено было ещё до нашего появления. Лишив жизни оболочку, инициировала разлом в земле и загнала освободившегося демона внутрь, раз и навсегда запечатав это место самой сильной из имеющихся в моём арсенале печатью.
В фамильный склеп, вырубленный в одной из гор я отнесла то самое красное платье. Его в каркофаг и положили вместе с парой уцелевших вещей Армана. Больше хоронить было нечего, только память. Весь последующий месяц я изводила запасы пятиратника, чтобы демон даже не шевельнулся. От горя и душевной боли меня разрывало на части. Берт и Мэг не отходили от меня ни на шаг, только успевали подавать зелье и варить новое.
Вот так и закончилась моя любовь. Любовь, ставшая истинной пыткой от желания быть с любимым человеком, но невозможностью осуществить эту потребность… За тридцать пять лет многое произошло, боль поутихла, но иногда я вспоминаю наши встречи с Арманом, а также первый и единственный поцелуй, случившийся неподалёку от зимнего лагеря, с лёгкой светлой грустью. Если бы не проклятый демон, всё могло бы сложится по-другому.
