Совершенно другая, – молчит какое-то время, а затем произносит: – Если ты не та Антуанетта, на которой я женился, у тебя нет причин меня ненавидеть.
Я отрываюсь от рукописного текста книги, которая, к слову, была очень старой, и внимательно смотрю на мужа. А он не поворачивает головы. Хочется хорошенько потрясти его за плечи, надавать пощечин – нет причин к ненависти? Да разве? Может, ты не замечаешь, как плодишь их на пустом месте?
– А у вас? – спрашиваю напряженно. – Есть причины ненавидеть меня?
– Тебя, – повторяет, и на его губах играет усмешка, довольно злая и дерзкая.
– Я пока не знаю, кто ты, – и он поворачивает голову, оглядывая меня, съежившуюся у изголовья. – Возможно, ты просто лгунья. Было бы странно прощать тебе все, не убедившись, правда?
– Мне кажется, я была очень убедительна."
"Он смотрит пристально и глубоко, и я бросаю на него не менее проникновенный взгляд. Солнце медленно опускается за горизонт, и в комнате становится темно – полоска света, снедаемая мраком, скользит по стене.
– Поцелуй меня.
– Что? – мой голос садится до шепота.
– Прежняя Анна не стала бы этого делать, а ты?
– А я, – произношу в возмущении, – тоже.
– Значит, не станешь? – в его голосе сквозит разочарование. – Может, ты лжешь мне? Все это для того, чтобы избежать казни? Может, Финч научил? Или леди Голлен? Кто тебя надоумил?
– Я не собираюсь ничего доказывать! – яростно перелистываю страницу туда-обратно. – Мы будем читать?
– Да, будем.
– Читаю: «Впервые явился бог познания Сарон, а за ним богиня любви Аэль…»
– Анна?
– Что? – меня колотит изнутри, я страшно рассеянна.
– Другой абзац?
Реиган смеется – ему забавно, потому что он понимает, что со мной происходит. Он играет слишком жестоко, ведь ставка для меня жизнь. Я в его власти. Я будто брожу по минному полю, в то время как я сама чертов ежик в тумане. В сознании мешанина. Меня сбивают с толку милость его величества, злость, а теперь еще и это – какая-то нежность, участие, что-то неуловимо располагающее.
– Давай начнем сначала, – говорит Уилберг.
– Да тут уже половина книги прочитана. С начала? Уверены? Будете слушать это второй раз?
Реиган смеется громче и кладет руку на грудь.
– Хватит, Анна. Мне нельзя смеяться так много, у меня сломаны ребра.
– Что смешного? – рычу я.
– Я имел в виду начать сначала. Между нами.
До меня, наконец, доходит. Но я не хочу никакого «начала». Мне не понравился «конец». Я требую, чтобы эта сказка закончилась разводом.
