Впрочем, для этого нужна более изощренная фантазия, чем у Нины Виннер, которая в отношениях с мужчинами никогда не видела и тени напора. Все всегда складывалось гладко, как бы «в свое время, когда уже пора бы», по взаимному согласию.
Сон получается скомканным, а утро будит меня резким звуком шуршащих по каменистой дороге колес. Я бросаюсь к окну и вижу странный черный экипаж с незнакомой эмблемой – солнце в лучах жара. Наблюдаю, как мэтр Финч быстро идет через двор, а затем встречает незнакомца, который выбирается из салона.
У незнакомца довольно выразительное лицо, которое заставляет меня напрячься: белесые брови вразлет, очень светлые, почти белые глаза, тонкие губы и высокие скулы. Я замечаю все это, потому что он поднимает голову, и наши взгляды пересекаются, и я едва удерживаю себя от того, чтобы не отшатнуться. Одет гость в длинную черную сутану, почти как католический священник, и тем ярче выделяются его белые (кажется, полностью седые) волосы."
"Прежде, чем к незнакомцу подошла вереница из воинов во главе с лордом Денвером, он успел переброситься с мэтром Финчом парой фраз.
В тот момент, когда лекарь говорил ему о чем-то, гость поднял взгляд вверх, вновь ловя меня в капкан своего взгляда. Холодного и спокойного, словно у мертвеца.
А затем его сиятельство Денвер повел незнакомца в замок, а у меня сжалось нутро – не к добру это.
И точно – появившийся на пороге моего дома человек был магистром Ордена трех богов. Едва Элизабет, которая пришла, чтобы помочь мне одеться, увидела эмблему на экипаже, она рассказала, что магистра зовут Нейтан Орлей, и он с Реиганом на грани некой холодной войны, в которую точно вступать не станет, но и приятелем императора его не назвать.
Нейтан был приглашен на коронацию и, вероятно, устал ждать выздоровления Уилберга, поэтому явился сам.
Раздается стук в дверь, едва Элизабет заканчивает сооружать на моей голове прическу. Я киваю Софи, разрешая впустить пришедшего.
– Ваше высочество, – на пороге возникает герцог Бреаз, и его глаза внимательно шарят по мне от макушки до пят и пылают огнем.
– Рей…иган хочет вас видеть. Немедленно.
Предчувствие ощущается словно удар по затылку.
Я иду в обществе Алана – он чуть позади, но близко. Я слышу его дыхание.
– Деревенский воздух идет вам на пользу, Антуанетта, – слышу его хриплый, полный каких-то двусмысленностей голос. – Вы стали еще более совершенной…
Хочется сбросить его комплимент с плеч, как тяжкий груз. Я ощущаю его мужской интерес, как что-то липкое и грязное.
