Корни начали закипать, окутывая меня запахом свежести и земли. Я взяла небольшой флакон с магически-активным порошком и добавила его в смесь. Затем положила в ступку кристаллы и начала их растирать. Тонкий, почти неуловимый аромат заполнил воздух
В голове постепенно складывался чёткий план, замужество в него не входило. Я приготовлю противоядие, передам его через своих дамочек Герхарду, которому доверяю, а затем уеду из города. Не хочу испытаний, темниц, козней. С меня достаточно."
"Я закрыла глаза и вспомнила Эйдена.
Мне нравились его глаза, голос, и то, как он смотрел на меня. Нет уж, этого недостаточно для любви, темболее для брака. Я твердо решила, что мне нужно побыть в одиночестве и во всем разобраться.
На душе стало легче и я продолжила заниматься делом. Ближе к ночи у меня получился замечательный элексир. С чувствовм удовлетворения я рухнула на кушетку отца и закрыла глаза.
Глава 20.1
Во сне я стояла в комнате, освещённой мягким, тёплым светом, почти как в один из тех спокойных дней в замке. Комната была странно знакомой и уютной, но сердце билось быстро, словно предчувствуя что-то неладное.
Я обернулась, и в этот момент увидела его — Эйдена. Он стоял у стены, улыбающийся, весёлый и протягивал мне руку.
— Иди сюда, — тихо произнес он, его голос звучал ласково и завораживающе.
Я хотела сделать шаг навстречу, но что-то останавливало меня. Взгляд скользнул в сторону зеркала, стоящего в углу комнаты, и сердце замерло. В отражении не было Эйдена. Вместо него там неистовал дракон. Громадный, царственный, опасный хищник, чьи глаза полыхали золотым огнём, полным неукротимой стихии.
Его когти царапали пол, а тёмные крылья мерцали в свете. Дракон смотрел на меня как на свою добычу — с жаждой обладания и подавляющей силой.
Эйден же улыбался мягко и спокойно, продолжая протягивать мне руку.
— Ну, чего ты? — спросил он с улыбкой, будто я была маленькой девочкой, робеющей на пороге.
Дракон в зеркале, напротив, рыкнул в ярости от моего непослушания. Как я смею не подчиниться?! Но было одно общее — они оба смотрели на меня так, как никто прежде не смотрел.
Голос Эйдена изменился, стал хриплым. Его грудь пронзили чёрные, словно корни, полосы яда, сжимающие его словно оковы. Он с трудом дышал, его спокойная улыбка исказилась, а в воздухе послышался зловещий рёв дракона.
— Иди ко мне… — прохрипел Эйден, голос слился с ревом зверя, а в зеркале дракон разбил крылом отражение, осколки стекла посыпались на пол.
Я дёрнулась, открыв глаза.
Шум был настоящим.
