Она пробурчала нечто невразумительное, а потом отрицательно помотала головой.
— Всё понятно. Тогда давайте оценим ваше состояние. Луня, помоги посадить пациентку.
Мы усадили её на топчан, а дальше я скомандовала:
— Улыбнитесь. Пошевелите бровями. Поднимите руки. Левую тоже.
Левая рука не поднялась, и тётка Фалья в ужасе уставилась на неё, а потом в панике — на меня.
— Это инсульт и частичный паралич, — вынесла вердикт я. — Вопрос только в том, что у нас тут, оказывается, исключительно шлюхи собрались, а не целители.
Не медкабинет, а прямо-таки бордель какой-то. Даже не знаю, может, позвать из города какого-то более благочестивого лекаря? — саркастично спросила я. — Авось приедет вовремя, пока паралич не стал постоянным. Что думаете?
Тётку Фалью проняло — она бессвязно залепетала что-то извиняющееся, а потом заплакала. Крупные слёзы побежали по морщинистому лицу, и мне стало её жалко.
— Хорошо. Тогда поступим так: вы выполняете все мои рекомендации бес-пре-кос-лов-но.
А я взамен вас лечу. И извинения принести всё же придётся, но так и быть, дам вам на это немного времени.
Зелье подействовало очень быстро. Нам повезло, что тромб был совсем небольшой — просто сосуды оказались очень уж сужены, хватило и такого, чтобы полностью заблокировать кровоток в мозгу.
В этот момент в приёмную вошёл обеспокоенный Давлик.
— Чего случилось-то? — встревоженно спросил он, оглядывая мать.
— Инсульт, — пояснила я. — Она лекарство не пила, и вот результат.
"
"— Давлик, ты б за мамкой-то своей следил, — ядовито подначила Луняша. — А то ходит по селу, честных девиц винит в том, что покрали тебя, драгоценного.
— Не Давлик, а Давлар, — огрызнулся он, а потом посмотрел на мать: — Я же сказал, что съехал к плотнику, до зимы у него перекантуюсь, а дальше посмотрю, может, в город на заработки подамся.
— По што ты бросаешь-то меня? — всхлипнула тётка Фалья.
— Задушила ты меня заботой своей. В печёнках уже сидит.
То не делай, туда не ходи, так не ешь… И люди смеются. А я мужик уже взрослый, между прочим, — сурово сказал он. — И женюсь, как на ноги встану. Будешь так дальше себя вести — ни меня, ни внучиков не увидишь.
— Может, повремените с разборками? Пациентке нервничать нельзя, — вмешалась я. — Лучше проводи её домой и проследи, чтобы она лекарства выпила. И уж подежурь сегодня ночью, чтобы не вышло чего. А завтра жду на повторный приём. С извинениями.
