Если повезет, он сможет заполучить и сына, и место, которое они смогут назвать своим домом.
Не обращая внимания на тесноту в брюках, Энцо вернулся обратно в гостиную и направился прямиком к хозяину дома.
– Кардинали, чем могу служить? – озадаченно спросил Сент-Джордж. – Что-то случилось?
– Мне нужно поговорить с вами, – потребовал Энцо. – Будьте так любезны.
– Конечно, – натянуто бросил Генри. – Пройдемте в библиотеку.
Англичане. Они так не любили разбираться с неприятностями на публике. А Сент-Джорджа, к сожалению, ждали очень большие неприятности.
Когда они вошли в библиотеку, Энцо в свойственной ему беспокойной манере направился к камину, а хозяин дома подошел к бару и достал бутылку бренди."
"– Это ни к чему, – резко бросил Энцо, не расположенный к обмену любезностями. – Наш разговор не займет много времени.
– И о чем пойдет речь? – свел брови Сент-Джордж.
– О вашем сыне. Или, точнее, о моем сыне.
– Простите, но я не уверен, что понимаю вас, – озадаченно посмотрел на него Генри.
– Саймон – не ваш сын, а мой, – ответил Энцо и сунул руки в карманы, стараясь сдерживать эмоции.
В комнате воцарилась гробовая тишина.
– Думаю, вам лучше объясниться, – потребовал Сент-Джордж.
– Я разговаривал с вашей женой, – холодно пояснил Энцо. – Она сказала, что вы знаете, что Саймон – не ваш сын и что она никогда не говорила вам, кто его настоящий отец. Что ж, я здесь, чтобы сказать вам, что я отец этого ребенка. Четыре года назад у нас с Матильдой была связь, пока она отдыхала на Карибах.
Генри ничего не сказал, а потом тяжело вздохнул и, отведя взгляд, щедро плеснул себе в стакан бренди.
– Вы уверены, что не хотите выпить? Кажется, в нашем разговоре без этого не обойтись.
– Нет. Я хочу только одного – получить своего сына.
– Долго же вы ехали за ним, – сделав приличный глоток, заметил Сент-Джордж.
– Простите?
– Ну, Саймону уже четыре года. Прошло много времени после того, как вы оставили мальчика…
– Я ничего не знал. Ваша милейшая жена не потрудилась сказать мне, что она забеременела.
И снова воцарилась тишина. На этот раз еще более гнетущая.
– Вот как, – пробормотал Генри. – Понятно.
– Я рад, что вы поняли. – Энцо сжал спрятанные в карманах руки в кулаки. – По правде говоря, я разговариваю с вами чисто из вежливости. Завтра я забираю своего сына с собой в Милан.
Сент-Джордж замер и открыл рот, чтобы что-то ответить, но в эту секунду дверь в библиотеку открылась и на пороге появилась Матильда. Ее глаза метали молнии.
