Глава 8
Задрожав, Матильда выкрикнула его имя, и он ощутил на языке сладкий вкус ее наслаждения. Энцо совсем не волновало, что его секретарша тоже все слышала.
Он думал только о женщине, жаркое тело которой держал в своих руках.
Наконец это случилось.
Наконец она принадлежала ему. Потому что была создана для него одного.
Энцо проводил руками по обнаженным бедрам содрогавшейся от оргазма Матильды, а потом потянулся к ее нижнему белью и начал стягивать его вниз.
Его сердце бешено колотилось, и он сходил с ума от возбуждения.
Но Энцо не хотел торопиться. Он не собирался позволить ей контролировать происходившее.
Следовало хорошенько проучить ее за то, что она сделала с ним, наказать за каждую секунду, прошедшую с того момента, как она бросила его, за ее ложь и за то, что продолжала сводить его с ума одним своим существованием.
Да, он накажет ее.
Своими ласками.
Энцо поднялся на ноги и посмотрел на раскрасневшуюся Матильду, его соблазнительную, страстную сирену.
Он запустил пальцы в ее шелковистые рыжие волосы и сжал их в кулак, а потом мягко потянул ее голову назад, чтобы ее мягкие, пухлые губы оказались близко к его губам.
Он жадно прильнул к ним, проникая языком в ее рот, исследуя ее сладостное тепло и позволяя ей ощутить свой собственный вкус.
Матильда содрогнулась и с тихим стоном обвила его шею руками и принялась пылко отвечать на его поцелуй.
Да, он помнил ее именно такой. Она не сдерживалась в своих чувствах и отвечала страстью на страсть.
Отдавая себя всю без остатка и заставляя его желать еще большего, намного большего…
Только на этот раз он не потеряет самообладание и не позволит ей обезоружить его.
Энцо еще крепче ухватил Матильду за волосы и жадно поцеловал, а потом чуть отстранился и нежно куснул ее за нижнюю губу, заставив девушку дрожать от удовольствия.
Затем он достал из заднего кармана брюк презерватив."
"Щеки Матильды зарумянились, а ее губы были красными от его поцелуев. В воздухе витал аромат жасмина и сладкий, мускусный запах ее оргазма, что казалось Энцо невероятно эротичным.
Ему захотелось растянуть ее на столе и снова ощутить ее вкус, возможно на этот раз увеличив время пыток, чтобы она металась, стонала и выкрикивала его имя.
Но его охватило такое сильное возбуждение, что не оставалось сил терпеть.
Когда-то он учил Матильду надевать ему презерватив и, когда она потянулась к нему, вспомнил, как она наслаждалась этим процессом.
