Он ведь безвредный, как бабочка-махаон. Сволочь!
Нажал кнопку звонка, и сразу же дверь открыли, будто ждали меня.
— А… — сказал Борис Чебаков и оборвал невольно вырвавшийся возглас. Ждал-то он, конечно, не меня.
— Здравствуйте, — сказал я.
— Здрасте, — кивнул он. — Если не ошибаюсь, инспектор Тихонов?
— Не ошибаетесь, Чебаков. Вы вообще редко ошибаетесь.
— Чему обязан? — гордо подбоченился Чебаков; он был в красиво расшитом халате и золоченых тапках с загнутыми носами на босу ногу. Приглашать меня в квартиру он был повидимому, не намерен — мы разговаривали в прихожей, и в своем замечательном расписном халате и султанских шлепанцах, под бесчисленными фотографиями и рисунками, запечатлевшими его замечательные мускулы и ладно поставленные кости, он себя, наверное, чувствовал уверенно передо мной — промокшим, усталым и голодным.
Тем более, что на мне был не яркий халат, а самый обычный серый плащик.
— Чему обязан? — повторил он.
И по лицу его было не понять, насторожил его мой приход или он все еще считает его случайностью.
Я был почти уверен, что пистолета у него дома нет, но давать ему хоть малейший шанс не хотел.
— Вы обязаны вашему удивительному умению бережливо жить, — сказал я и щелкнул в кармане плаща предохранителем своего «Макарова». — Руки вверх, Чебаков! Вы задержаны."
"Как сомнамбула, поднимал он медленно руки, халат на груди распахнулся, и я видел перекатывающиеся под ним крутые мышцы, обтянутые белой гладкой кожей.
И с поднятыми руками Чебаков был похож на одну из своих фотографий, где он держит над головой ядро, позируя, наверное, для какой-нибудь спортивной скульптурной композиции.
— Кругом! — скомандовал я ему, и он послушно и поспешно повернулся. Я ощупал карманы его халата — пусто. — Идите в комнату!
Я сел в кресло, огляделся — ничего здесь не изменилось, все так же шагали по потолку черные огромные ступни.
— Надевайте свои штаны, ботинки, собирайтесь, — велел я ему.
— Руки можно опустить? — спросил он.
— Можно. Брючный ремень не надевайте, шнурки тоже — это все вам не понадобится. И галстук не нужен, возьмите лучше свитер.
— Как же я пойду без ремня?
— Будете держать брюки руками, это умерит вашу охоту побежать и отвлечет вас от праздных размышлений. Ваша главная беда — это праздность. А как говорит начальник МУРа Шарапов, с которым вы сейчас познакомитесь, праздный мозг — мастерская дьявола.
