– Как я могла не прийти?
– Лодка… разбилась, – с трудом проговорил Марк. – Волной… выбросило на скалы. Джейк и Пит… не знаю, где они.
– Мы найдём их, – заверил Гидеон. – А сейчас нужно доставить тебя в город, к доктору Янису. Ты ранен?
– Не серьёзно. Ушибы… и холод. Очень холодно.
Губы Марка действительно посинели, а его тело била крупная дрожь. Мы быстро сняли с себя плащи, укутали Марка, и мужчины соорудили примитивные носилки из крепких веток и парусины, которую один из рыбаков предусмотрительно взял с собой.
Обратный путь показался мне бесконечным. Я шла рядом с носилками, держа Марка за руку и время от времени протирая его лицо влажной тряпкой. Он то проваливался в забытье, то приходил в себя и тихо рассказывал о том, что произошло.
Лодку настиг шторм далеко от берега. Они пытались вернуться, но ветер и волны были слишком сильны. А потом огромная волна выбросила их на скалы. Лодка разбилась вдребезги. Марк помнил, как пытался помочь своим товарищам, как держался за обломок весла, как его несло течением вдоль побережья… затем чернота.
– Думал, что умру, – прошептал он. – Но не мог… не хотел умирать. Слишком много… недоделанного.
– Теперь всё будет хорошо, – уверяла я его, сжимая холодную руку. – Ты в безопасности.
К вечеру мы добрались до города и сразу направились к доктору Янису. Тот осмотрел Марка и подтвердил, что серьёзных ран нет – только множественные ушибы, порезы, переохлаждение и истощение.
– Крепкий организм, – сказал доктор, готовя какую-то микстуру.
– И сильная воля к жизни. Большинство не выжили бы после такого. Покой, тепло, горячая пища – вот что ему сейчас нужно. И хороший сон.
Мы с Анной устроили Марка в его доме – небольшой, но уютной хижине недалеко от порта. Развели огонь в очаге, согрели воды для чая, приготовили горячий бульон, который доктор рекомендовал давать маленькими порциями.
– Я останусь с ним на ночь, – сказала я Анне, когда Марк, наконец, уснул, укрытый несколькими одеялами. – Тебе нужно отдохнуть.
– Но вы тоже устали, – возразила она. – Я могу…
– Я не усну всё равно, – покачала я головой. – Слишком… взволнована всем этим. Иди, отдохни. Утром сменишь меня.
Анна внимательно посмотрела на меня, потом кивнула:
– Хорошо. Но если что-то понадобится – я в соседней комнате.
Оставшись одна, я села у кровати Марка, глядя на его осунувшееся лицо, наконец-то спокойное во сне. Вопреки моим словам Анне, усталость наваливалась тяжёлым грузом, веки слипались.
