От беспокойства Избрана плохо спала, хотя за последние месяцы привыкла ко всяким, чужим и неудобным ночлегам. К тому же всю ночь за печью что-то шуршало, скрипело, постанывало, подвывало – это давали знать о себе души умерших нехорошей смертью хозяев. Но после всего пережитого несколько неупокоенных душ вызывали у Избраны не страх, а только досаду: этих еще не хватало!
Наутро они отправились дальше, и еще задолго до сумерек увидели Плесков. Сначала вдоль берега Великой, по которому они ехали, начали попадаться рыбацкие избушки, потом целые порядки дворов, а впереди уже показался сам город – стена, опоясавшая узкий мыс.
Перед городом вытянулись причалы. Сейчас они пустовали, хотя льда на реке не было и ветер нес резкий запах холодной воды.
Большинство домов выглядело заброшенными, людей почти не попадалось. Избрана забеспокоилась: после голодных годов большого оживления не наблюдалось нигде, но Плесков казался просто вымершим! Кое-где на улицах все-таки мелькали люди, однако, завидев большой вооруженный отряд, сразу прятались.
– Мы производим впечатление, это уже хорошо! – Хедин ухмылялся, стараясь ее подбодрить. – Может, все уцелевшие собрались в крепости? Я бы на месте князя согнал всех туда, чтобы хоть этих ветром не унесло.
– Если тут не погулял какой-нибудь черный мор, – заметил Хринг Сорока, обеспокоенно озираясь. – Хотя вроде бы черепа под заборами не валяются…
– Тогда несло бы трупной вонью, – отозвался Стейн Грива. – Я видел во Фризии мор, я знаю, как это выглядит.
Однако перед самыми воротами детинца приезжие наткнулись на целую толпу.
Горели несколько костров, вокруг которых грелись десятка два мужчин, судя по виду, простых мужиков, вооруженных кто чем, в основном топорами и копьями.
– Э, а ворота-то закрыты! – воскликнул Эйнстейн Длинный.
Он был прав: городские ворота среди бела дня были закрыты, по заборолу расхаживало несколько вооруженных кметей в кольчугах.
Появление неизвестного отряда переполошило и тех и других. Плесковские сбились в кучу, выставив вперед рогатины и крепко сжимая топоры, что им мало помогло бы, задумай приезжие что-то нехорошее.
Кмети на стене тоже забегали, послышались невнятные крики. Люди Хедина на всякий случай приготовились, но на них никто нападать не собирался – скорее нападения ждали от них.
– Кто тут с кем воюет? – спросила озадаченная Избрана. – Они что, в осаде? И где же войско?
– Похоже, это оно и есть! – Гейр Упряжка ухмыльнулся и наконечником копья показал на людей перед воротами.
