Лесной глуши неведомые тропы

— Уходите, — чувствуя, как заходится в груди сердце, выдохнула я. — На рассвете на вас будет охота.

Волки притихли, и вожак, обменявшись негромким рычаньем с другими членами стаи, вновь обратился ко мне.

Люди хотят сразиться? Мы не боимся. Нас много, и зубы наши остры.

Я едва не застонала в голос, вцепившись себе в волосы — если убедить их не удастся, как и упрямца Энги, то беды не миновать.

— Уходите! — крикнула я в отчаянии. — У вас острые зубы, а у них острые вилы, ножи, колья, стрелы! Зачем вам нужна кровь? Зачем вам убивать друг друга? Уходите!"

"Волк медленно приблизился, уверенно переставляя мощные лапы, и внезапно прихватил мою кисть зубами: я даже вскрикнула от неожиданности.

Твой человек нарушил слово. Он был в лесу. Убивал нашу пищу.

— Вы тоже нарушили уговор! Вы не должны были подходить к деревне! Воровать скотину у людей!

Впору было завыть от бессилия. Но нет, уговаривать зверей как людей нельзя — не поймут. С силой выдернув руку из пасти — так, что на коже остались царапины от острых клыков — я решительно ступила вперед:

— Я запрещаю вредить моему человеку.

Почему? — мне показалось, что внутри сознания послышался вкрадчивый вопрос. — Мы не боимся вас, двуногие.

— Потому что я так велю. А вы должны меня слушать!

Я не знала, так ли это. Я не знала, отчего волки так дружны со мной. Я не знала, почему до сих пор они делали то, что говорила им я. Но если уговоры не работают, может быть, сработают приказы? Для верности я упала на колени, захватила в ладонь ощетинившуюся на холке шерсть и заглянула прямо в золотистые глаза, мерцающие при свете полной луны.

— Уходите.

Волк тряхнул головой, сбрасывая с шеи мою руку.

Мы уйдем, двуногая сестра. Но ненадолго. Мы не можем уйти насовсем. Мы должны быть близко.

Он отпрыгнул мощным, пружинистым прыжком, и за ним последовала вся стая. Я так и села на снегу, не понимая, о чем пытался сказать волк, только вот спрашивать было поздно.

Должны быть близко? Близко к чему? Или к кому?

***

Когда я вернулась в избу, осторожно раздевшись и разувшись еще в сенях, чтобы не топтаться по горнице, Энги все так же мирно спал. Меня же качало от усталости: уже близился рассвет, а я все еще была на ногах. Юркнув в постель и натянув на голову одеяло, я заснула раньше, чем моя голова успела коснуться подушки.

И уже в следующий миг проснулась от того, что Энги с силой тормошил меня за плечо.