В девяносто седьмом штрафном батальоне.
– Что… но это не армия Соединенных Штатов!
– Я был капитаном Красной армии.
– О боже мой… – На лице Фредерика отразилось крайнее недоумение. – Так ты – советский офицер?
– Да.
Фредерик вскочил со скамьи так быстро, что его трость скользнула, и он чуть не упал.
– У меня сложилось неверное впечатление о тебе. – Он двинулся прочь. – Забудь, что мы вообще разговаривали.
Александр вернулся домой откровенно расстроенным.
– Энтони! – позвал он, едва перешагнув порог. – Иди сюда! Я уже говорил тебе это и скажу еще раз, но это абсолютно в последний раз: прекрати рассказывать обо мне посторонним!
Мальчик растерялся.
– Тебе не обязательно понимать, ты должен просто слушать. Я тебе велел помалкивать, а ты все равно ведешь себя так, словно ничего не понял!
Татьяна попыталась вмешаться, но Александр резко оборвал ее и снова обратился к сыну:
– Энт, в качестве наказания завтра ты не пойдешь на катер со мной. Я возьму тебя через день, но ты никогда больше не станешь говорить обо мне с чужими, иначе я навсегда прогоню тебя с лодки.
Понятно?
Малыш заплакал.
– Не слышу, Энтони!
– Я понял, папа.
Выпрямившись, Александр увидел, что Татьяна молча наблюдает за ними от плиты.
– Было бы неплохо, если бы ты натянула льняную рубашку на рот Энтони, как на мое тело, – сказал он и поужинал в одиночестве на палубе их плавучего дома.
После того как Татьяна уложила Энтони, она вышла наружу.
Первым, что сказал Александр, было:"
"– Мы уже несколько недель не ели мяса. Я устал от креветок и камбалы, как ты от лобстеров.
Почему ты не можешь купить мяса?
Замявшись и запинаясь, Татьяна ответила:
– Я не могу пойти на Центральный мясной рынок. У них там на окне объявление… вроде военного сувенира…
– И?..
– Там написано: «Конское мясо без ограничений – карточки не нужны».
Оба умолкли.
Татьяна идет по улице Ломоносова в Ленинграде в октябре сорок первого года, пытаясь найти магазин, где есть хлеб, чтобы отоварить свои продуктовые карточки. Она прошла мимо толпы людей.
Она маленькая, она не видит, что они окружили. Внезапно толпа расступается, появляется молодой человек с окровавленным ножом в одной руке и куском сырого мяса в другой, и Татьяна видит изрезанную плоть только что убитой кобылы за его спиной. Уронив нож на землю, парень вгрызается в мясо. Один из его зубов выпадает, он выплевывает его и продолжает лихорадочно жевать. Мясо!
– Тебе лучше поспешить, – говорит он Татьяне с набитым ртом, – или там ничего не останется.
