По другую ее сторону был другой парк, маленький. Энтони сказал, что иногда они ходят сюда поиграть.
Александр издали заметил Татьяну, но не в парке, а рядом со строительной площадкой – она сидела на чем-то вроде груды земли.
Подойдя ближе, он понял, что сидит она на стопке строительного бруса. Он видел ее сбоку, ее волосы были заплетены, как обычно, руки она напряженно скрестила на коленях.
Энтони тоже увидел ее и бросился вперед:
– Мамуля!
Она вышла из задумчивости, повернула голову, и на ее лице отразилось раскаяние.
– Ох-ох! – воскликнула она, вставая и спеша навстречу. – Я что, плохо себя вела?
– Во многих отношениях, – согласился Александр, подходя к ней. – Ты же знаешь, я должен вернуться к двум.
– Ох, простите, – сказала она, наклоняясь к Энтони. – Я потеряла счет времени. Ты в порядке, малыш? Вижу, папа тебя покормил.
– Что ты здесь делаешь? – спросил Александр, но она сделала вид, что отирает крошки с губ Энтони, и не ответила.
– Понятно. Ладно, мне надо идти, – холодно произнес Александр, наклоняясь, чтобы поцеловать Энтони в макушку.
* * *Тем вечером они поужинали, почти не разговаривая. Татьяна, пытавшаяся поддерживать беседу, упомянула, что Благотворительный госпиталь – первый католический госпиталь в растущем округе Майами, дар Римско-католической церкви, и его строят в форме креста; Александр перебил ее:
– Так ты этим занимаешься в свободное время?
– Свободное время? – ядовито откликнулась она. – А как ты думаешь, откуда берется еда на твоем столе?
– Сегодня днем у меня на столе еды не было.
– Один раз.
– И ты в первый раз сидела там?
Татьяна не могла солгать ему.
– Нет, – призналась она. – Но это ничего не значит. Я просто прихожу туда и сижу.
– Зачем?
– Я не знаю. Я просто делаю это, вот и все.
– Татьяна, объясни мне, – заговорил Александр, и его голос стал жестким. – Ты могла бы посетить Барнакл, виллу Вискайя с итальянскими садами, магазины, библиотеки, рядом есть океан, можно купаться, загорать или читать на пляже, но ты два свободных часа в день сидишь здесь, в пыли, наблюдая, как рабочие строят госпиталь?
Татьяна ответила не сразу.
– Как тебе хорошо известно, – тихо сказала она наконец, – при том, как ты обращаешься со мной, у меня намного больше двух свободных часов в день.
Теперь помолчал Александр.
– Так почему ты не позвонишь Викки и не пригласишь ее приехать и провести с тобой несколько недель? – спросил он в конце концов.
