Ну да, Леонид Владимирович был прав. Пальцы на ногах и впрямь похолодели.
– Сказал, – произнес Высший. – Но, похоже, мы имеем дело с очень редким случаем.
– Нет, – сказал я. – Да нет же, нет! Мы были вместе!
– В чужой реальности ты действовал не так, как действовал бы я, – ответил Высший. – Мальчик Карир не пробуждал в тебе мой смысл, он позволил тебе активировать твой собственный потенциал.
– Да не так это все!"
"Краем глаза я увидел, что Леонид Владимирович поднялся удивительно спокойным и естественным движением, приобнял за плечи Дарину и стал отступать к двери.
Дарина пятилась, в ужасе глядя на нас.
И самое ужасное – она молчала.
А еще молчало Гнездо. Даже шум исчез.
Теперь я понял, почему не смог с ним связаться, когда мы вошли. Гнездо ощутило, что я изменился. Что я не совсем тот, кем был.
– Ты – возможная часть меня, – продолжал Высший. – Пусть третьестепенная, но часть. К сожалению, ты еще и часть другого Высшего. Боюсь, что ключевая.
– Милана, это не так! – сказал я как можно тверже.
– Ты пытался меня уничтожить.
– Я же сам чуть не погиб, мы были вместе, ты знаешь мои мысли!
– Только те, которые ты знаешь сам. – Высший покачал головой. – В том мире – это все был ты. Ты сражался, принимал решения, развивался. А мой смысл подвергался искажению и едва не был уничтожен.
Я покачал головой.
Передо мной внутри Миланы был Высший. Но в нем ведь была и Милана.
– Я не хочу быть частью какого-то другого Высшего, – сказал я. – Я хочу стать частью тебя.
Меня вполне устраивает! Что надо сделать, подписать официальную бумажку об этом?
Я пытался улыбаться, надеясь, что Милана улыбнется в ответ и мы как-то решим этот вопрос.
– Боюсь, никакая бумажка ситуацию не изменит, – ответил Высший.
Я почувствовал – не знаю как, не знаю чем, – что пространство вокруг начинает меняться. Как текут градиенты энергии, пульсирует магнитное поле, колеблется гравитация…
И тогда я ушел в двумерное пространство, сложив и развернув его, будто складывал оригами, – и оказался в другом месте.
Точно так же, как несколько дней назад, ночью (теперь я это отчетливо помнил), перенесся к Лихачеву и вместе с ним – к отставному генералу Леониду Мельникову, получившему распоряжение негласно изучить корабль Инсека.
Я убежал.
Глава третья
Я никогда не прятался от неприятностей дома, скорей уж старался все решить и исправить, а лишь потом вернуться, «не тащить за собой проблемы».
