– Потом как-нибудь расскажу. Знаешь, иди-ка ты домой, а?
– Ты чего? – насторожилась Наська. – Что-то случилось?
Я заколебался. Безумно хотелось поделиться происходящим. Хоть с кем-то. В конце концов, Наська много чего повидала.
А вдруг через нее все узнает Высший? Она вроде как тоже станет его частью?
Но, может, и хорошо, если узнает?
Попытаюсь оправдаться, что ли…
Вздохнув, я налил из термопота кипятка, кинул пакетик заварки. Наська, заинтригованная, уселась за стол и попросила:
– Мне тоже сделай.
Я налил чай и для нее, сел напротив. Развел руками:
– В общем… проблемы возникли. Я поругался с Высшим Миланы.
Наська нахмурилась."
"– Не совсем я, Высший во мне.
– Ты поругался сам с собой? – Наська явно заинтересовалась. – А что, такое бывает?
Нет, зря я это все затеял…
– Наська, иди домой, – сказал я. – Не стоит тебе ничего обсуждать со мной. Это даже может быть опасно.
– Для тебя?
– Нет. Для тебя. Вдруг Высший решит, что тебе не надо ничего знать.
– Ты меня не обидишь, – уверенно возразила Наська.
– Даже если в тебя двое Высших влезет.
– В любом случае нечего тебе вмешиваться! – твердо ответил я.
– Почему? – возмутилась Наська. – Когда я в Гнезде помогала, было можно, а теперь – маленькая?
– Я не сказал, что маленькая, – парировал я. – Просто… незачем тебе в этих разборках участвовать.
– Между прочим, я твой боевой товарищ! – сказала Наська с вызовом. – И фактически твоя сестра, а если у твоих мамы с папой получится все бумажки оформить, то и юридически буду сестрой!
– Да хоть бы ты была трижды родной и старшей, не надо тебе в эту заваруху лезть!
Наська стукнула кулачком по столу.
Получилось громко, даже кружка с чаем подскочила и тревожно звякнула.
– Вот только попробуй со мной не посоветоваться! Я отомщу!
– Как? – заинтересовался я.
– Будешь старенький, я тебе стакан воды не подам! – пригрозила она.
– Найдется кому подать…
– Думаешь? Вначале ты поженишься на Дарине, а потом с ней поругаешься, она тебя бросит.
Ты будешь страдать, переживать, потом поженишься на Милане, но и она тебя тоже бросит. А детей у вас не будет, из-за твоих мутаций! От горя и одиночества у тебя отнимутся ноги, ты станешь лежать в кровати и страдать, старый и никому не нужный! А я буду приходить, молодая и красивая, кормить тебя с ложечки кашей, поить водичкой и говорить: «Бедненький, ну что, довели тебя твои похождения?»
Я вытаращил глаза.
Наська расхохоталась зловещим сатанинским смехом.
