Это было нечто удивительно простое: гигантский цилиндр с фотонным отражателем и термоядерным двигателем. От корабля давно уже остались лишь фрагменты металлических конструкций. Скорее всего, это был автоматический зонд, некогда запущенный амбициозной цивилизацией, немногим превосходящей нынешнюю земную. Удивительно, если вдуматься, – исследовать Вселенную таким примитивным образом!
…В то же самое время я сидел на поверхности океана, раскачиваясь на пологих волнах, и болтал ладонью в воде. Мелкая одинокая рыбка, которую как-то занесло в этот унылый уголок океана, крутилась вокруг и тыкалась в пальцы.
Рыбешка была серенькой, очень обычной. Даже как-то обидно в такой дали встретить лишь скучную ставридку.
Как я мог одновременно все это видеть?
Как мог пройти по вымороженным коридорам, наполовину заполненным грязным льдом Европы, одновременно играя с рыбешкой?
Не знаю.
Наверное, Высший позволил мне путешествовать без билета, прячась за его спиной…
Пока он занимался своей работой, позволяя мне наблюдать за собой, я мог спокойно подумать о происходящем.
Вселенная – она ведь очень большая. Настолько, что даже Высшему ее всю осознать сложно.
И разум в ней – обычное дело, а не исключение из правил. Разум заложен в самой основе пространства и времени, он такое же свойство природы, как гравитация или деление ядра. Само вещество, сама энергия стремится к тому, чтобы осознать себя. Начать двигаться, расти, поглощать.
Преображать мир.
Это жажда, неутолимая и бесконечная. Жажда познавать, жить, развиваться.
Прорастать во времени, оставляя после себя хоть что-то – построенный дом, выросшее дерево, сына или дочь, мелодию или книгу, смешную шутку или удачную фразу. Иногда, конечно, наоборот: Герострат не зря хотел славы любой ценой. Но все это, и хорошее, и плохое – лишь эрзац, заменитель того, что хочется на самом деле.
А хочется вечности. Бесконечного познания. Бесконечной силы. Рухнувшие империи, которые грозились стоять тысячи лет, осыпающиеся пирамиды, которые эти тысячелетия простояли, – все это лишь безнадежный крик в будущее, в вечность, до которой не дотянуться.
С другой стороны – уходящие в нирвану, изнуряющие себя в молитвах и постах, отказывающиеся от еды и воды монахи и святые. Не крик, но шепот, а в основе та же самая попытка прикоснуться к вечности. К абсолюту.
И рано или поздно, то в одном мире, то в другом, происходит чудо.
Возникает и воплощается идея.
Смысл.
Разум придумывает, как бесконечно обновлять биологическое тело.
