Летос

Белая меловая кожа и лиловые губы казались мелочью по сравнению с проломленным затылком и… глазами. Странными, нечеловеческими. Лишь самоконтроль и железная воля не позволили Тэо закричать от ужаса.

Ни радужки, ни белка, ни зрачка. Они были похожи на расплавленный металл. На живую ртуть. На зеркало, искажавшее, уродующее лицо. Оно, казалось, пило из Тэо саму жизнь, радость, свободу, и Пружина с трудом отвел взгляд, вырвавшись из липких, противных объятий ужаса.

Перед ним была сказка. Тот, кем пугают детей вечером, если они не слушаются или не хотят спать.

Тот, кого поминают по случаю и не к случаю и обвиняют во всех своих бедах.

Шаутт. Один из демонов, появившихся благодаря асторэ и Шестерым. Существо, что было самим злом.

— Ну так что, Тэо, — голос звучал издевательски, — знакомы ли мы с тобой?

Пружина покачал головой. Нет. С тварью, забравшей тело его мертвого друга, он не хотел иметь ничего общего.

Шаутт отбросил вилы в сторону, Тэо напрягся, понимая, что ему представился шанс, но лицо демона исказилось, и он рявкнул:

— Только попробуй! Раздроблю колено! — И тут же добавил, улыбнувшись мертво и неприятно, словно пытаясь сдержать вспышку гнева: — Мне не хотелось бы начинать с этого наше знакомство.

— Это у тебя надо спросить. Ты же выпустил меня.

Шаутт больно стукнул Тэо в лоб указательным пальцем:

— В этой черепушке только ветер, залетевший в нее во время твоих заячьих прыжков? Нет?! Тогда напряги свои мозги, шут! Статуэтка! Помнишь ее? Этот неудачник, мечтавший о монетах, отрыл ее и сдох.

Его кровь и ты дали мне возможность веселиться. — Его губы растянулись в улыбке, обнажив темные зубы. — Вот как мы поступим. Ты окажешь мне кое-какие услуги, а я расскажу тебе, как избавиться от того, что появилось на твоей спине.

— А если я откажусь?

— А таких вариантов нет. — Его зеркальные глаза были безучастны. — Ты найдешь указывающую. Ее зовут Шерон. Сопроводишь ее в Талорис. Там и поговорим.

Он хлопнул Тэо по плечу, и того накрыла волна тошноты. Ноги стали ватными.

— Вечно забываю, какие вы нежные, — проворковал демон, но руки не убрал, лишь сжал пальцы на плече еще крепче, и акробат взвыл, ударил что есть силы чудовище в подбородок и тут же оказался на земле.

Получил пинок ногой в живот, отчего все же не удержал завтрак. Перед глазами носились тени, спину жгло огнем, казалось, из нее вот-вот вылезет нечто, разрывая мышцы и кожу.

— Слабая плоть. Какой же ты жалкий червь. — Шаутт носком ботинка приподнял подбородок Тэо, заглядывая тому в лицо.